Девять пятнадцать

– пап, давай перенесем этот разговор на другое время, я очень тороплюсь, заскочу к тебе позже, – и положил трубку.

Вернувшись в комнату, он чуть не упал, споткнувшись о лежавшую на полу книгу толстенного переплета с яркой обложкой. Убрав телефон в карман, ему стало интересно, что же читает эта рыжеволосая красавица, поднятый экземпляр относился к не стандартной литературе, что-то о проклятиях и предметах магического свойства, в сторону. Рыжеволосая уже успела набросить легкую белую сорочку, элегантно и совсем не много прикрывающую манящие формы.

– Меня зовут Маша, будешь уходить захлопни дверь посильнее, что то плохо замок срабатывает, – она держала в руках большой тазик мороженого и ложку, и когда она успела сходить к холодильнику- с утра страсть как хочется мороженого после такой ночи-ее аппетит вызвал отвращение, сейчас хотелось только кофе или минеральной воды, а лучше и того и другого и можно без хлеба.

– Я Филипп Покровский, так когда увидимся? – не зная зачем, но вопрос сам лег на язык,

– а надо? Мне было весело, тебе было весело, так зачем усложнять, у меня защита скоро надо готовиться, – она поглощала мороженное маленькой ложкой и запивала соком

– где учишься?

– Ломоносова, аспирантуру добиваю, хорошо же ты меня слушал вчера, – Маша ухмыльнулась не злобно так с прищуром своих больших зеленых глаз

– извини, шампанское действует на меня слишком сильно, мозг порой отключается, так и каких наук ты будущий кандидат? – одежда была собрана и пора было уходить, но очень хотелось узнать, что изучает эта прекрасная особа.

– исторических, копаюсь в истории революциях Российской империи, – она смутилась слегка, но потом бодро продолжила, – лица, события, вообщем ничего для тебя интересного, – кот забрался к ней под бок и начал мурлыкать прося ласки, недополученной вчера видимо.

– это почему?

– так ты мне сам вчера говорил, что истинное удовольствие тебе доставляет только твое хобби, правда так и не сказал какое

Вот сколько раз зарекался не пить этот пузыристый напиток, лучше бы виски или текилы напился, шампанское для меня как сыворотка правды, язык провозглашает независимость от мозга и несет все что можно и нельзя.