Предрассветный блюз. Повесть о забытом и напомненном

Через час я уже заходил в подъезд к своему другу Максу, которого предыдущий раз видел полгода назад на новогодние праздники.

Звонок в дверь не дал никаких результатов, поэтому я, зная особенности времяпрепровождения товарища, несколько раз громко постучал. Спустя какое-то время из глубины квартиры послышались шуршание и топот ног, замок щелкнул, и дверь открылась.

Сонный и всклокоченный Макс предстал передо мной в одних трусах и ребрах, проглядывающих на несколько астеничном торсе.

– А, приехал, злодей… Кто, кроме тебя, может разбудить человека с утра пораньше? Ни стыда, ни совести.

После того, как Макс сходил в туалет и умылся, мы попили чай с бутербродами, поговорили, и Макс приступил к демонстрации своей новой электрогитары, которую он обменял на пятилитровую баклажку пива у сторожа городского дома культуры. Сторож обнаружил гитару, когда что-то искал в завалах подвала ДК, и, зная об увлечении Макса, во время очередной посиделки у общих знакомых предложил инструмент ему.

Заполучив гитару, Макс довел её до ума, прокипятил струны и теперь наслаждался обновкой из Чехословакии времён СССР, которая, по сравнению со старым максовым «Уралом», была как скрипка Страдивари по сравнению с пилой.

Итогом совместного времяпрепровождения стало приглашение в конце недели на природу с приятелями Макса. Предполагались шашлыки-пиво-вино-девушки.

– Эх, Лежик, как давно я ждал такого похода – шашлычки, гитарка. Давно не слышал, как ты играешь.

Поностальгировав о былых временах, мы распрощались.

Пятница наступила быстро, и мы отправились за город приятно провести время на берегу реки в некотором отдалении от цивилизации.

В компании были, в основном, друзья Макса со своими спутницами. Я знал из них человека четыре, да и то лишь на уровне приветствий во время случайной встречи где-нибудь в центре города.

Макс познакомил меня с остальными, и после первой партии выпитого перед разведением костра и готовкой шашлыков контакт был налажен.

Когда все немного охмелели и попробовали первую партию шашлыков, Макс предложил мне что-нибудь сыграть.

Завершив особый ритуал, который повторялся каждую нашу вылазку на природу и представлял собой процесс расчехления Максом бывалой акустики и оценку степени её расстроенности, сопровождавшуюся попеременным дерганьем струн и шиканьем, я зажал ре-минор и провёл по струнам.