Катрина: Меч зари

С мелкими чертами лица и некрупными ладонями, на вид полностью лишенный силы – удивительно, что он стал стражем.

– Я помню вас, – кивнула Катрина.

– Не знаю, уместно ли это сейчас, – спешно выпалил он, – я давно хотел сказать, что восхищен вашей работой в Венеции. Уверен, это было нелегкое задание даже для наёмника.

Катрина приподняла брови:

– Славных дел наёмниками свершено немало. Почему именно Венеция?

– Как же? Вы проявили крайне неординарное тактическое мышление. Милосердием добились того, чего не смогло бы насилие, – с убеждением горячно заговорил Бальдо, а потом с гордостью покивал: – Лишь истинный воин способен понимать, что не всё достигается взмахом меча.

Наемница холодновато напомнила:

– Я слышала, что в клане Морбия иное суждение о моих делах в Венеции.

Испуг и сожаление скользнули по белому лицу Бальдо.

– В таком случае, я не разделяю их мнения, – доброжелательно заверил парень.

– Напомните, как вы стали стражем, – спросила Катрина.

– О, долгая история, – улыбнулся он, отмахнувшись, и тут же прибавил, посчитав, что ответ его прозвучал невежливо: – Если вам интересно, могу рассказать вкратце.

– Расскажите.

– Я служил надзирателем в тюрьме Дете’ро. А один из заключенных предпринял попытку бегства. Один из уподобившихся волкам. Образный. И мне каким-то образом удалось его поймать цепью. После этого лорд-маршал Морбий обратил свое внимание на меня и взял в стражи, – он задумался о чем-то, и произнес, обращенный взором к своим воспоминаниям: – Знаете, вблизи они совсем ужасны.

– Знаю. И смертоносны, если их рассматривать, когда они пытаются напасть, – с толикой иронии добавила наёмница.

Бальдо посмеялся.

– Да, точно подмечено, леди Катрина.

Отголоски чужого смеха в дальней части галереи привлекли внимание обоих. Сюда приближался особый подданный Понарина. Окруженный свитой, увлеченный собственным рассказом, он охотно ловил похвалу от своих подданных и с упоением смеялся в ответ на восторженные возгласы. А ему поддакивали и так же охотно льстили.

Нобилиор. Второй наёмник Триумвирата.

Наружностью безупречный, уверенный и лишенный изъянов. Он звонко вышагивал по мерзлому камню в блестящем кожаном плаще, фасона характерного для представителей швейцарского клана. С рядами ремней-застежек, пересекавших его стройный торс.

Увидев издали Катрину Нобилиор предложил своим спутникам и спутницам подойти поприветствовать сербскую наёмницу.

Он был не молод и совсем не стар.