Ты пожалеешь, милый

А меня ждет первая брачная ночь в номере одного из столичных отелей.

Раз подготовку к свадьбе маркиз поручил моим надсмотрщицам, значит и к первой брачной ночи меня готовить тоже станут они.

Я невольно передернулась от одной мысли о том, что меня будут касаться сморщенные, влажные ручонки моего престарелого жениха.

– Хотелось бы избежать близости. – призналась я, прижав ладонь к тому месту, где под корсетом был спрятан флакон со специальной смесью. Маркизу в следующем году должно было исполниться семьдесят и по той информации, что я успела наслушаться от служанок в нашем доме, в таком возрасте в постели интересовать его мог разве что сон…

И все же, зачем-то же маркиз решил на мне жениться.

Рисковать я не хотела, а потому заранее подготовила специальную смесь, которая должна была убить даже остатки всяких непристойных желаний в его теле.

– Прошу вас, госпожа, будьте осторожны. – с искренней заботой попросила меня Миа. – Если вас поймают и казнят за попытку навредить аристократу, я останусь без работы.

Разумеется, заботило Мию исключительно ее благополучие. За долгие годы, что мы провели вместе, я успела привыкнуть к этой черте ее характера. Она была исполнительной и расторопной. И верной, если видела в этом выгоду.

На мое счастье, нужно было ей не так уж и много. Пару золотых в месяц из моего содержания делали ее моей главной сообщницей в любом, даже самом сомнительном мероприятии.

– Я же не убить его собираюсь. – огрызнулась я.

Не сбежала из дома, узнав, что меня собираются выдать за старика я лишь по одной причине: в нашем королевстве, в отличие от многих других, женщины могли наследовать титул мужа.

Вести дела женщин никто не учил, поэтому овдовевшей леди приходилось в любом случае искать поверенного и надеяться, что тот не будет обкрадывать ее слишком сильно.

Но я всегда быстро училась и была уверена, что за пару лет сумею освоить и такую непростую науку, как забота о целом маркизате.

– Леди!

Сильный, но дребезжащий и будто надтреснутый голос одной из моих надсмотрщиц, спугнул нас. Миа, подхватив юбки, бросилась вглубь коридора, чтобы покинуть храм тем же путем, каким она в него попала. Я же поспешила к высокой и тощей, будто высохшей, немолодой женщине в строгом платье.