Прирученное Бедствие II

Я все еще не знала, что будет лучше для нас, но надеялась, что Йен простит мне немного вольности.

– Ты не знаешь, не обижал ли малышку прошлый работник имперской канцелярии? Как там его… Вилли?

– Вульфи. – поправил меня Йен. – Почему ты спрашиваешь?

– Новая работница, Аманда. Мне кажется, малышка ее боится.

Несколько минут мы шли в тишине. Йен думал о чем-то с мрачным видом.

– Вулфи отброс. – произнес Йен, когда я уже начала подозревать, что разговор закончен.

Вулфи был молодым, привлекательным, и подающим надежды молодым человеком.

Но причин такой к нему неприязни я не знала.

Амелия умела хранить не только секреты герцога Оркена, но и своих подруг. А расспрашивать саму Мари я посчитала лишним. Не хотелось заставлять ее вспоминать о том, что так сильно ее травмировало.

Но узнать об этом у Йена я могла. Это было не простое любопытство, мне нужно было знать это, чтобы понимать, боится ли малышка самой формы имперских канцелярских работников, из-за Вулфи, или ее пугает Аманда.

– Что он сделал?

Йен поморщился. Ему не хотелось об этом говорить, но он все же рассказал.

В отличие от Аманды, Вулфи предпочитал сам доставлять документы герцогу, и всегда просил, чтобы в кабинет его сопровождала именно Мари. Он открыто проявлял к ней симпатию, и другим служанкам это казалось очень романтичным.

Но не Мари. Ей не нравился Вулфи и были неприятны его знаки внимания. Она отвергала его раз за разом…

– Я уже и не помню, зачем решил спуститься. Тогда Вулфи только покинул кабинет герцога и мы должны были вернуться к моему обучению, но я решил ненадолго прерваться. – Йен угрюмо смотрел прямо перед собой. – На первом этаже, рядом с цветочной гостиной есть сигарная комната. После того, как здоровье старика сильно ухудшилось и он больше не собирал гостей, ею перестали пользоваться.

Йен покосился на меня, будто сомневаясь, что стоит продолжать.

– Он над ней надругался? – мрачно спросила я.

– Попытался. К счастью, я подоспел вовремя. У Мари случилась истерика. А этот ублюдок… – Йен глубоко вздохнул. До сих пор, вспоминая о том дне, его накрывало дикой злостью. – Он утверждал, что Мари соблазнила его и сама затащила в комнату.