По темной стороне

Закручиваясь в небольшой вихрь, она поднималась над камнями, уплотнялась, выплетая человеческую фигуру. Женскую. Голова, высокая прическа, открывающая тонкую шею и узкие плечи, грудь, бедра… И два красных уголька вместо глаз. – Мать – это чистая энергия, Тьма в полном понимании этого слова. Суть того, чего боялись еще до появления Рассах на этом осколке. У нее не было тела, лишь форма. Как Мирай – Извечный Светоч и богиня светлых – является лишь солнечным лучом, так и Рассах была только тенью.

– Круто…

Не успела я толком переварить услышанное, а зыбкая темная фигура – окончательно растаять, как в столовую влетел сгусток тьмы в форме птицы.

– Какая неожиданность, – усмехнулся мой кошмар.

– Что-то случилось? – поинтересовался Делмар.

Я молчала, но очень надеялась, что хищник на вопрос ответит.

– Послание из Эльмут. Сегодня на рассвете из Сумеречной зоны вышел отряд светлых, едут ко мне.

– Очередная делегация? – нахмурился огонек. – Помнится, в прошлый их визит тебе весь замок пришлось от благословений вычищать.

– Я повысил цену на руду втрое, их можно было понять. – Раяр был на удивление благодушен.

А меня вот этот неожиданный визит светлых напрягал. Хотелось, конечно, посмотреть на них, но предчувствие грядущих неприятностей все портило.

Хотелось верить, что это просто разыгралась моя паранойя, что перенервничала и везде мне видится беда, но правда была в том, что беда и правда была.

Глава 5

Сосуд

Первая партия нарядов была готова на третий день после примерки. Два платья, несколько комплектов белья, пара туфель и одуряюще удобные брюки, к которым хорошо шли простая рубашка и расшитый жилет.

Я перемерила все! И не потому, что несравненная Алер этого требовала, но оттого, что самой было жутко интересно, подойдут ли мне наряды этого мира.

Именно за этим занятием, в одном из платьев, которое я оставила на самый конец примерки, меня и застал Делмар.

Огонек любил мое тепло и осторожно питался моим раздражением, которое сам же и вызывал, пока Раяр не видел. И скрыться от этого любителя человеческих эмоций было решительно негде. Делмар был вездесущ, как кара небесная и голодная Дося вместе взятые, и находил меня везде.