Хранительница. Памятью проклятые

Поспешив в комнату, оборотень только весело крикнул, – и на будущее, слабость Влада – шоколадный торт с цукатами. Бери Мирель, не ошибешься.

– Зачем мне… – возмущенно вскинулась я, но осеклась и заткнулась. Если Глеб сказал, что городового нужно ждать на чай, значит так, скорее всего, и есть.

Оставалось только последовать его совету и сходить в кондитерскую за тортом. Все ж таки необходимость поблагодарить Влада за защиту имелась. Пусть я о ней и не просила.

Глава 4. Шестая ступень

Довольно странное это чувство, когда тебе намекают, что стоит ждать неприятностей, а через два дня просто бросают одну на произвол судьбы.

Вот как в девять утра Глебу позвонили, так он и сбежал, даже завтрак не доел. И до сих пор не вернулся. А ведь пять часов – это слишком много для человека, который не знает, чем себя занять.

Сериалы не смотрелись, хотя еще вчера я упрямо сидела до последнего, желая узнать, чем же закончится очередной сезон «Ходячих мертвецов».

Не узнала.

В первом часу ночи пришел злой Глеб и прогнал меня спать. Тогда я пообещала себе, что обязательно досмотрю последние серии сегодня. Прямо с самого утра.

Но вот парадокс – желания не было. То, что занимало меня совсем недавно, утратило свою привлекательность.

Я понятия не имела, что мне делать. Конечно, можно было бы прогуляться…

Все же, раз Глеб не берет меня с собой, это еще не значит, что я должна сидеть дома. Пусть эта скрытная троица носится по городу, разыскивая что-то для них очень важное, а я просто пойду и прогуляюсь.

И даже злиться не буду ни на Глеба, ни на Крис с Богданом за то, что они не спешат посвящать меня в свои дела, которые, я была в этом уверена на все сто процентов, касаются и меня.

Пусть играют себе в сыщиков, а я… Я могу, например, в кофейню сходить и убедиться, что случайности все же в нашей жизни имеют место быть, и что тот парень-полукровка без регистрационной метки просто так попался мне на глаза, а все мои переживания – из-за моей неопытности.

Впервые смогла идентифицировать нечисть, хоть сразу и не поняла это. Пожалуй, это объяснило бы то странное чувство, которое я испытывала при взгляде на парня: будто с ним связано что-то серьезное. Что-то, способное необратимо изменить мою жизнь. Вся правда заключалась как раз в том, что моя жизнь уже необратимо изменилась, и такие, как он, теперь были ее частью.

Собралась я за двадцать минут.