Проклятые души. Сказание первое

Стражник, которому он отдал молот, держал его перед собой, уперев в землю. Пран уставился на него, а тот пялился в ответ.

– Молот отдашь? – Пран посмотрел на своё оружие.

– Забирайте. – стражник стоял как ни в чём не бывало.

– Ты его держишь, так что может передашь? – Пран стоял и ждал. Глаза стражника забегали из стороны в сторону. Он какое-то время не решался, но потом попытался поднять молот. Взяв его двумя руками, он всё-таки смог оторвать его от земли и встал на месте, весь трясясь.

– Разве было так сложно? Ралнос будет оберегать тебя.

– Значит у них куча еды на столе и всё такое, а я должен жопу морозить? – Конс пододвинул свою пятую точку ближе к огню.

– Теперь ему позволяет это статус, тут мы ничего не можем поделать. – Ранст точил меч.

– Ну так можем ему глотку перерезать, пока спит. – Конс провёл пальцем по горлу.

– И что с нами будет после этого? Ты не подумал? Его прихлебатели просто примут это как данность и будут нам сапоги чистить? Да даже простые люди с этим мириться не станут.

– Он нас и в городе особо не любил, а сейчас мы у него на особом контроле, так что нам с ним не тягаться. – Гелор почесал лысую голову впервые за долгое время выдав умную мысль, после такой кропотливой работы мозга он явно утомился.

– В общем и целом, пока будем слушаться его приказов, он же теперь наш лидер. – Ранст осмотрел своих людей.

– Так точно, командир. Будем паиньками. – Конс заговорщицки улыбнулся.

– Слушай, Пран, а ты так и будешь в грязном наряде ходить? А то как-то непривычно не видеть белые одеяния Ралноса. – Сарол почесал бороду.

– Грязь не мешает нести слово Ралноса.

– Опять завёл свою шарманку, жду не дождусь, когда ты прекратишь говорить этими фразочками.

– А я уже привык. – сказал Ширит, который мало любил говорить. – У каждого свои тараканы, у Прана они хотя бы не кусаются.

***

Люди приходили на место проведения молитвы. Усталые лица взрослых и детей смотрели в ожидании. Пран отмыл белое одеяние, так что оно теперь сияло при свете луны. Сам он не собирался ничего стирать, но Юринг сказал, что чистая одежда произведёт больший эффект, в городе жрецы всегда были чисто одеты.