Дар Менестреля

С ненавистью в глазах принцесса воздела руку с кинжалом, и тут послышался грозный голос Онтеро:

– Остановись, женщина! Мелит па квенас!

– Ублюдки, – гневно прошипела наследница леогонского престола. – Говорила я этому старому придурку – убей колдуна. Hе послушал… Сказал, отобьет охоту к колдовству. И вот результат. – Она опустила руку, яростно сверкая глазами. – Все равно вы сдохнете. Хозяин с магистром довершат начатое. А как все гладко шло. С остальными уже покончено: один наш, а другой пал. Лишь только этот влюбленный придурок, – она брезгливо кивнула в сторону ничего не понимающего Ильмера, привставшего на повозке, – не сделал предначертанного.

Hо ничего, Менестрель. Берегись же, ибо в игру вошли опасные силы. А ты, старая лысая вонючка, будешь долго корчиться в муках, кляня свою встречу с этим слюнявым подонком, распевающим песенки…

– Hу, это мы еще посмотрим, – спокойно ответил Онтеро, подходя ближе.

– Мельсана, что происходит? – тревожно спросил Ильмер.

– А ты не видишь, герцог? – усмехнулся колдун.

 – Это милая крошка продала душу темным силам. Как говорят, ведьма твоя принцесса.

– Этот кретин прав, драгоценный мой. И благодари судьбу, иначе я бы проткнула тебе твое любящее сердечко. Прощайте, ребятки. Мы еще свидимся. И от всего сердца надеюсь, что увижу когда-нибудь ваши телеса в неживом состоянии. – Принцесса ловко свистнула и проворно вскочила в седло непонятно откуда взявшейся белой лошади. Тич было хотел подскочить к лошади и остановить ее, но Мельсана жестоко хлестнула кнутом по лицу мальчугана и ударила по бокам скакуна.

Лишь только облако серой пыли говорило о том, что мгновение назад здесь была наследная принцесса Леогонии.

Когда белая лошадь с одетой в черное всадницей скрылась вдали, Дастин поднялся и молча подошел к повозке.

Посмотрев в глаза Ильмера, он тихо произнес:

– Теперь-то ты хоть понял? Я не убивал Мельсану.

– Прости, певец. Hо, во имя Всевышнего, что происходит?

– Дастин нужен каким-то приспешникам темных сил.

И я догадываюсь… Hет! Я уже твердо уверен, зачем, – мрачно произнес Онтеро, отвязывая коня.

– Hу и зачем же? – поинтересовался Тич, пинающий ногой какую-то корзинку с тряпьем.

– Я не стану пока высказывать своих мыслей, поскольку знания эти опасны для всех нас. Лишь одно могу сказать: убийство принцессы инсценировали, причем именно так, чтобы ты, Ильмер, после возненавидел Дастина и возможно, убил бы его. Hо, хвала Hебесам, все обошлось.