Мазарин

– Ты выдумала себе идеальную жизнь. Но жизнь-то не идеальна. Не всегда все получается так, как тебе хочется.

– Если только ты бросаешь все на полпути, – заметила Нина.

– Как тебе такое: мой отец ушел от нас. Разве я мог ожидать этого и такое исправить? – поинтересовался Лэндон.

– В жизни случаются неприятности. Моя мать тоже ушла от отца. Но, меня это не сломало и не сбило с пути.

– Дерьмо твой путь. Полное. Для такой «умной девочки»…

Лэндон изобразил воздушные кавычки и посмотрел в глаза Нины.

–…ты очень глупа.

– В любом случае, это лучше, чем быть как ты. Ни к чему не стремиться.

– Я стремлюсь. У меня есть мечты. Но я не продумываю жизнь наперед, потому что знаю, не всегда получается так, как хочешь.

– И о чем же ты мечтаешь? – спросила Нина.

– А вот это тебя совершенно не касается, – сухо ответил Лэндон.

***

– Куда ты идешь?

Лэндон с Ниной вернулись домой, и Нина, не говоря ни слова, отправилась вверх по лестнице. За окном начало смеркаться.

Небо приобрело ясный, сапфировый цвет с яркими голубыми полосками, словно мазками масляной краски. В многоэтажках напротив зажигалось все больше огоньков, похожих на звезды бетонных джунглей. Но дома у Эльсгардов-Пирсов до сих пор не было никого.

– К себе, – не оборачиваясь отозвалась Нина.

– Еще чего! – воскликнул Лэндон, нагнав ее на ступеньках.

– Чего надо?

– Ты ж моя служанка.

Лэндон расплылся в улыбке.

– Еще не наигрался? – устало вздохнула Нина.

– Нет, конечно.

Все только начинается.

Нина нахмурилась.

– Чего еще?

– Пошли.

Лэндон прошел мимо Нины, кивком велев идти за ним. Нина шумно выдохнула, поднимаясь следом. Они вошли в комнату Лэндона.

– Раздевать тебя не буду, – на всякий случай предупредила Нина.

– Ничего такого, – смеясь, отмахнулся тот. – Просто хочу массаж ступней.

– Ты же полдня ходил! – Нина поморщилась. – У тебя ноги грязные и воняют!

– Знаю, – самодовольно кивнул Лэндон, не переставая улыбаться.

 – Помой их, если тебя что-то не устраивает.

– Ты серьезно?!

– Серьезней некуда, – заверил Лэндон, сделав наисерьезнейшее лицо и покивав.

– Ты не представляешь, как я тебя ненавижу! – покачала головой Нина, а Лэндон лишь рассмеялся.

Спустя некоторое время, Лэндон и Нина сидели на краешках керамической ванной. Плитка светло-кораллового цвета, которой была отделана ванная комната, блестела так, что в ней почти можно было видеть ухмылку Лэндона.