Нежная и очень грешная, или Сколько волка ни люби

Я вздохнула и откинулась на спинку дивана. Подобные разговоры стали входить у нас в привычку.

– Я не хочу искать состоятельного мужа, то есть я, конечно, хочу его найти, но не состоятельного, то есть хорошо б, если с деньгами, но не это главное, – начала рассуждать я, – к тому же у меня есть Миша…

– Ой, хватит, Золушка в красной шапочке. Миша твой без денег черт знает где кости динозавров откапывает. А ты тут одна. Так чего же время терять? Начала бы поиски, от тебя не убавится.

– Во-первых, Миша в Средней Азии, а не черт знает где, – я стала загибать пальцы, – во-вторых, он, между прочим, твой родственник, а в-третьих, не в деньгах, как говорится…

– Знаю, знаю, – отмахнулась подруга, – но когда денег много, как-то легче переносится, что счастье не в них.

За окном раздался знакомый гудок.

– Ой, зайчик приехал! – Лиля заметалась по квартире с удвоенной скоростью.

Я сложила руки на груди. И как может нравиться такой человек? Вместо того чтобы зайти к нам, сказать: «Здрасте, как ваше ничего?», этот Кирилл никогда не выходит из машины, а просто сидит в ней и гудит: вот, мол, я приехал, давай пошевеливайся.

– Ну все, ну все, – приговаривала подруга, кладя в сумочку новый мобильный телефон (естественно, самой последней модели), – рано не жди, приду, когда смогу. Если кто позвонит, я в библиотеке.

Я с сомнением посмотрела на подругу. Это кто, интересно, поверит, что Лилия добровольно отправилась в сие заведение?

Захлопнув дверь, я пошла к себе в комнату и включила телевизор.

– Откройте, полиция, открывайте!

Я приоткрыла один глаз. Наверное, опять у Вовки из третьего подъезда угнали машину, а свидетелей ищут, как и водителя, в пятом.

– Открывайте! – не унимались за дверью.

– Ой, ну подождите же, – промямлила я, попыталась встать со своего любимого диванчика и грохнулась на пол. Всю ночь проспала в неудобном положении – обе ноги затекли.

Я кое-как доковыляла до прихожей и наконец-то распахнула дверь. Передо мной стояли два полицейских, хмуро взиравшие на мои волосы. Если бы они так не тарабанили, я бы успела причесаться.

– Вы кто? – невежливо спросил тот, что помоложе.

– Я – кто? Я тут живу!

– Имя, фамилия, документы? – гаркнул второй.

– Ксения Романовна Радужная, – вяло ответила я, – а паспорт далеко. Где-то в столе валяется.