Слуга Инквизитора. Повесть

А освободив, Санчо, ты породнился с ним. Вороны и драконы – родственные души. Все в порядке, вот так трактуется твой сон…

Когда декада подошла к концу, мастер дал мне мешочек муки:

– Это особая мука, Санчес, с девятого зерна. Бери, пригодится!

– А для чего она мне, мастер? Пироги печь, что ли? – полюбопытствовал я.

– Разве твой Господин ничего не говорил о муке? – удивился мельник.

– Вроде, ничего такого не припомню.

Мельник оглянулся по сторонам, наклонился ко мне и тихонько проговорил:

– Ведьмы, Санчес… Иногда они следят за твоим Господином и всегда готовы, если не вступить в открытый бой, то хотя бы сильно досадить ему.

Знаешь ли, Санчес, души ведьм могут покидать их тела и носиться по миру. И когда это случается, ведьмовские души могут в незримом виде напасть и на тебя, слугу инквизитора, и даже на твоего Господина.

– А что же нам делать? Их можно как-то увидеть, этих ведьм?

Мельник выпрямился, поднял кверху палец, привлекая мое внимание:

– Для этого я тебе и даю мешочек моей муки.

Отдай ее своему хозяину, он знает, что делать дальше.

Ну, как всегда, на самом интересном месте – к Господину! Нет уж, теперь я вцепился в мельника мертвой хваткой: не отстану, пока не узнаю все! Мельник, хитрюга такой, был польщен моей настырностью. Поломавшись немного, он пояснил, для чего нужна мука девятого зерна:

– Бывают случаи, когда инквизитор чует, что где-то рядом незримая ведьмовская душа, а черную ее сущность не всегда видит. Вот в таких случаях священники могут рассыпать муку вокруг себя тонким слоем.

Как только сущность захочет добраться до него, следы ее ступней на муке и отпечатаются. Тогда вы будете точно знать, откуда ждать нападения, ясно?

Воистину, как говорил мой Господин, ex minimis seminibus nascuntur ingenia – великое рождается из малых семян. Низко поклонившись, я от всей души поблагодарил мельника за науку…

Меня перевезли в другое место и все повторилось:

– Передаю тебе душу и тело слуги инквизитора, Санчеса Роберто.

Учи его, как считаешь нужным, – с этими словами передал мельник меня горшечнику…

Знаете, сеньоры, каждый мастер-ремесленник, к которому меня определяли на декаду, утверждал, что именно его ремесло – самое главное, важное и нужное. И каждый раз, несмотря на некоторую недоверчивость и строптивость моего характера, я был вынужден признать их правоту. Самыми главными, важными и нужными, как я убедился, стали ремесла водоноса и мельника.