Испорченные сказания. Том 2. Бремя раздора

И тогда Боги даровали Первому Вайткроу женщину – сама Богиня Сотворения создала ее. Дева была прекрасна, а их с твоим предком дети унаследовали лучшее от матери и отца.

Сын Рогора шумно выдохнул, наверное, он устал от столь длинных речей.

Вихт молчал и смотрел вперед, до озера оставалось совсем немного. Слова друга удивляли, вселяли сомнения, и обрывки мыслей, что вертелись в голове, никак не желали соединяться воедино.

– Это очень интересная легенда, Рирз, – аккуратно начал южанин. – Однако я не могу понять, зачем ты поведал ее мне.

Лишь из-за красоты?

– Нет, я не уверен, что она полностью лжива. Твоя поэма натолкнула меня на размышления, еще тогда, по дороге обратно, я думал, что все произошедшее – странно, а теперь…

– Я могу говорить с тобой откровенно?

– Да.

– Я бы не хотел обижать тебя, Рирз. Ты прекрасный человек и мой хороший друг… О, и мы дошли до озера!

– Не уходи от разговора. Ты считаешь меня глупцом?

– Нет.

– Не лги мне.

– Нет! Ты один из самых умных людей, что я встречал, но ты чрезмерно… Любознателен и впечатлителен, – подобрал наконец слова Вайткроу.

– Я предлагаю тебе проверить. Мы ничего не потеряем.

– Проверить? Но как?

– Напишешь свою поэмку о ерунде, которая тем ни менее не способна случиться на самом деле, и мы посмотрим. Попробуем пару-тройку раз, и если я ошибся, то перестану донимать тебя подобными разговорами. А если нет – мы еще вернемся к этим легендам. Что думаешь?

– Почему бы и нет?

На знакомые голоса из озера показалась голова.

От макушки до шеи водоземы выглядели совершенно одинаково, женщина не отличалась от мужчины, пока не представала пред взором хотя бы до пояса – Оафи, как и другие, имела на голове лишь некоторое подобие плавника и шипы, что складывались в небольшой бугор, как только кожа высыхала.

Рирз же каким-то образом отличал своего верного друга от его спутницы.

– Оафи, я рад тебя видеть! А где Амфи?

– Ты принести дар? – меркантильно поинтересовалось существо.

– Я принес тебе вот это. – Рирз достал из кошеля бусы из блестящих полудрагоценных камней.

Оафи подплыла ближе и протянула руку. Получив подарок, она нацепила его на шею, облизнула камень, попробовала его на зуб, а после выпятила зубы на всеобщее обозрение – ее спутник научил ее улыбаться.

После она поспешно скрылась в воде. Через минуту выплыли уже две одинаковые головы, и радостный Амфи начал выбираться на берег, переваливаясь.