Три минуты вечности

Стараясь уйти как – можно дальше от резкого и дребезжащего шума. Я не вижу яркого и слепящего света, я не слышу голоса, зовущего меня. Я просто иду, потерянная и больше никому не нужная. Это так странно чувствовать.

Кругом зима. Она обволакивает, тонкой пеленой невидимого полупрозрачного снега. Он укутывает меня одеялом, он прячет меня, от надвигающейся и неизбежной реальности, которая грозит настигнуть с каждым шагом. Мне страшно! "Господи, как же мне страшно!!!!" И холодно!!!! Я иду, спотыкаюсь, падаю, снова иду.

Моя одежда насквозь промокла. Снег тает на моих губах, на моих ресницах. Снег тает и мне страшно. А в голове смутные остатки воспоминаний. Воспоминания. Я не знаю, то ли это реальность, то ли мои глупые выдумки.

Неожиданно я останавливаюсь, и осматриваюсь вокруг. Везде так темно. Так пусто. И вдруг, как вспышка… Я неожиданно отчетливо понимаю, что не могу сейчас уйти, что где-то там осталось что-то важное и родное. Разворачиваюсь и бегу. Бегу, что есть силы, бегу обратно.

Туда, где медленно угасает моя хрупкая жизнь, туда, где неизбежно умирает мое тело, где замирает мой пульс. Обратно!!!! Туда, где больше уже ничего не вернуть.

Неожиданно острая боль пронзает мои глаза. Я падаю, пытаясь осознать, что происходит. Колени, руки, волосы, словно в грязи, они в крови. А может, в снегу?

Я судорожно пытаюсь ухватить руками воздух, пытаюсь дышать, но грудь словно наполнена огромной тяжестью. Мир с безумной скоростью раскачивается перед моими полуослепшими глазами, словно я забралась на опасные качели.

Стараюсь дышать глубже, чтобы успокоится. Закрываю с силой глаза и пытаюсь привести сознание в порядок. Насколько это вообще сейчас возможно. Однако стало легче через пару минут, и постепенно мои мысли заработали в привычном ритме. Страх начинал отступать. Впервые, за это время я понимаю, что могу рассуждать более или менее здраво, или мне только кажется и это?

Я вижу голую, изодранную шинами трассу.

Все умерло. Или нет?

Я вижу, скорую помощь. Вижу людей, которые столпились полукругом возле чего-то, что я не могу разглядеть за их спинами. Они переговариваются приглушенными голосами. Я смотрю в сторону. Я узнаю свою машину, вернее то, что от нее осталось. Мой красный Ford, как-то нелепо повис на грязной обочине одним спущенным колесом. Его обгоревшие останки заботливо, словно стремясь прикрыть наготу, застилает снег. Я не понимаю, что произошло.