Благороднейший жулик, или Мальчишкам без башенки вход запрещен!

И хотя рабочий день клуба еще не начался, в зале царило нехилое оживление.

Колонки, расставленные по бокам от сцены, орали про «красавицу, которой чего-то не нравится». На самой сцене танцевали двое парней, одетых в широкие майки и обтягивающее трико. Напротив них, видимо, находился хореограф, который постоянно что-то кричал. Официантки приводили столы и скатерти в порядок, уборщица остервенело терла кусочек пола недалеко от двери с надписью «туалет».

Вокруг меня туда-сюда сновали люди в рабочей одежде с проводами, перекинутыми через одно плечо, милые официанты в чистых фартуках и даже танцоры, которые спрыгивали со сцены и уходили через еще одну дверь в дальнем конце зала.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – с трудом расслышала я и обернулась.

Передо мной стояла симпатичная девушка, чуть ниже меня, стройная и темноволосая, одетая в серый брючный костюм. Наверное, начальство, пронеслось у меня в голове.

– Вы что-то хотели? – снова спросила меня она.

– Да, – опомнилась я, – извините.

Я помялась. Как бы это выразиться пополиткорректнее.

– …сотрудников.

– Что-то не так? – нахмурилась девушка.

– О нет, что вы, все было замечательно, даже очень, – доверительно сообщила я и блаженно улыбнулась.

– Хорошо, – понимающе закивала собеседница.

– Просто ваш работник забыл у меня одну вещь, и я решила принести ее… Ну мало ли, может быть, его за это отругают или премии лишат…

– Какую вещь? – перебила меня девушка и откашлялась, словно извиняясь за это.

Я начала лихорадочно рыться в сумке, что висела у меня на плече.

– Вот. – Я вытащила запонку и поднесла ее к глазам местного начальства.

– Ясно. Вы не помните, как звали вашего танцора?

– Э… – я развела руками, – Джеймс Бонд.

– А, – поняла девушка и сложила руки за спиной, – Шахнияров. Будьте добры, подождите еще секунду, пожалуйста. И спасибо вам за то, что воспользовались услугами нашего клуба. Танцоры клуба «Наима» – это лучшие специалисты, которых вы можете найти в столице, – с заученной улыбкой протараторила она рекламу своего заведения и поднялась за кулисы сцены.

Через минуту я увидела моего Бонда. Даже в обыкновенных джинсах и застиранной футболке он выглядел так, будто сошел с рекламного плаката. Он мельком взглянул на меня и стал спускаться вниз.

– Здравствуйте, – сказал он спокойно. В его голосе я не уловила ни истомы, ни желания, ни даже приветливости.