Фалор

Редкие дома (нам встретились всего два или три) резко сменились узкими улочками, на некоторых попадались лавки со всякой всячиной. Чем ближе мы подходили к центру города, тем больше и крепче становились дома, деревянные почти полностью сменились кирпичными. Город был плоским и круглым, как лужица, в которой плавали цветные опавшие листья – прилипшие к кирпичам пятна света. До центра мы добрались быстро, и меня это несколько смутило: столица разве не должна быть если не огромной, то хотя бы большой по площади? Впрочем, ладно, лишь бы дойти.

По главной улице мы шли, кажется, дольше всего – нескончаемо длинная, по-утреннему безлюдная, с множеством только-только открывающихся лавочек она выглядела почти сказочно и навевала это странное ощущение единения, когда в некогда шумном месте остаются меньше десятка человек и становятся друг для друга настоящими людьми, а не безликими манекенам в толпе.

Главная улица упиралась в площадь, и прямо перед нами выросло около полудюжины внушительных зданий. То, что оказалось нашей целью, было высоким и плоским, без единого объёмного украшения, по форме стремившимся к необъёмному квадрату.

– Нам туда? – поинтересовалась я, кивая на здание.

– Туда, – мрачно вздохнул Джон и зашагал к дверям. Мы пересекли площадь, поднялись по ступенькам и остановились перед дверьми. Парень медлил: оглядывался, что-то искал в карманах, порывался что-то сказать, но молчал.

– Заходим? – неуверенно предположила я, берясь за ручку двери.

– Да, да, сейчас, – рассеянно отозвался он, не сводя взгляда с чего-то на другой стороне площади.

– Что-то случилось?

– Пока нет, но может, – туманно отозвался, переходя на другую сторону крыльца.

– Скажи, что, – предложила я, опираясь локтями на перила.

– Ещё непонятно. Но у меня должна была быть одна вещь…

– Ты её потерял по пути? Или забыл в Штабе? – я представила масштаб проблемы. Возвращаться мы уже не будем, естественно.

– Может, у меня её вообще не было, может, украли…

– Как её могли украсть?

– Есть способы, – он развернул ладонь и протянул мне бумажку с бегло написанным трехзначным числом. – Ценник от одежды. У тебя в кармане только что лежал.

Я, ошеломлённо глянув на его руку, забрала бумажку и засунула обратно в карман брюк. Действительно, лежал. Ни малейшего понятия, как он это сделал.