Сломленные души

– Привет, апельсинка, – вернула я ей улыбку и слегка опешила, что ребёнок, схватив меня за руку начала тараторить:

– Ты и тут вместе с папой работаешь? А я вот сегодня с ним тоже пришла работать, потому что моя няня не явилась к нам домой. Но я так рада видеть тебя, я хотела сегодня утром подняться, чтобы посмотреть твою квартиру, но папа не дал…

– Эмилия, хватит тараторить и не мешай мне работать, – мужчина попытался взять ребёнка за руку, но она ловко забралась на кушетку рядом со мной.

– Я не мешаю, пап, я так рада видеть Энни и мне теперь не скучно, – заявила она, выставив указательный пальчик, на что заставила меня рассмеяться.

– Мешаешь…

– Я честно буду сидеть вот тут и ничего больше не скажу. Не выгоняй меня, – перебила она своего отца крепче сжимая мою правую руку. – а ты пришла к папе лечить свою ногу? – невзирая на просьбу Данниса Эмилия переключилась на меня, пока я улыбалась ей. Я даже забыла о том, где нахожусь, и что мне собираются сделать.

– Ох, Эмилия, – взвыл тихонько ее отец и подошёл к шкафу. – Твоя болтовня доведёт любого

– Всё нормально, – сказала я ему, а следом посмотрела на девочку. – Да, я пришла лечить свою ногу.

– А потом ты уйдёшь и оставишь меня? – вдруг спросила Эмилия, и я кивнула. – Не уходи, пожалуйста.

– Ну всё тихо… – произнёс ее отец и сел на стул около кушетки, я сразу напряглась, когда он начал распаковывать новый эластичный бинт.

– Не бойся, я буду с тобой, – тихо прошептала Эмилия и обхватила ладошками мою руку, – папа у меня знает, как лечить людей.

И, к моему огромному удивлению, я послушалась маленькую девочку, когда не почувствовала прикосновения мистера Райта к ноге, посмотрела на мужчину. Он, надев перчатки, снял крышку со своего чудо средства и потянулся к ноге, я же хотела бежать оттуда, потому что перед глазами всплыл момент моих страхов.

– А знаешь, когда я болею, мне папа постоянно приносит очень невкусные лекарства, которые я не люблю пить, – меня отвлекает голосок Эмилии и с этим я чувствую прикосновение пальцев её отца, – Я всегда прячусь от него в туалете, но он всё равно лечит меня.

– Эми, хватит болтать, – меня отвлекает голос Данниса, и я смотрю на то, как он невесомо, почти не касаемо, наносит средство на отек, а другой рукой поддерживает мою ногу.