До тебя

Нас встречают таким свистом, что в ушах мгновенно начинает шуметь. Я даже и не видел, как Грейс спрыгнула с байка, потому что Элиша завладела моими губами.

– Ну что, готов к желанию? – смеётся Дэйтон. – Я уже придумал. И это надо выполнить прямо сейчас, – около нас появляются другие участники и Леман, который не обращает внимание на Делию: значит, поругались.

– Что хочешь? Говори уже, – я отпустил девушку и слез с байка.

– Ровно минуту целуешь… – я уже закатил глаза от банальности, но стоило услышать кого, я моментально посмотрел на Лемана, – Грейс!

– Не смешно, – парирую я, когда нахожу Грейс: она в таком же шоке и толпа с криками толкают её в мою сторону.

– Что у вас за игры?! Я не буду никого целовать! – это явно ей не нравится, девушка отпихивает руки людей.

– Не ты должна это сделать, а он! – поправляет её Лиам, – Чего ждёшь, Майкл?

– Если этого не сделать, я имею полное право забрать твой байк и делать все, что захочу.

– Мы не ставили на него! – пытаюсь найти хоть один вариант этого не делать. Не то чтобы это мне не нравится, вижу сопротивление в глазах новенькой.

– Это мое желание, и ты должен это сделать!

– Черт с тобой! – рявкаю я и делаю несколько шагов к девушке, а она в страхе оборачивается и собирается скрыться в толпе.

Только мой широкий шаг настигает ее раньше, чем у нее получается исчезнуть. Я разворачиваю её, резко прижимая к себе. Мои губы накрывают рот Грейс, не обращая внимания на сопротивление, не стараюсь быть нежным.

Её руки упираются мне в грудь, а стоит чуть ослабить хватку и замедлить поцелуй, она меняется. Девушка неуверенно отвечает, и это неожиданно сбивает с толку. Наши губы мягко касаются друг друга, а я понять не могу, почему мне это так нравится. Точнее не мне, … то есть… мой член реагирует, и когда я слышу голоса заканчивать, отстраняюсь. Грейс покраснела, а следом краснеет и моя правая щека от её хлесткого удара.

– Ты! Не имел никакого права трогать меня! – по толпе проходится смех вперемешку с улюлюканьем. – Что за игры? – я прикрываю глаза от нарастающей злости, и моя челюсть сжимается от пульсации в области скул.

– Слушай сюда! – рычу я и хватаю ее. – Больше никогда не смей трогать меня, усекла? – никто из присутствующих даже не шелохнулся, внимательно следя за нами, а я смотрю в голубые глаза, которые наполняются слезами.