Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка

Это шутка такая? Не может же такой занятой человек, как король, тратить время на лицезрение природных красот?

Но что-то мне подсказывало, что это не шутка.

– Понимаю, – глубокомысленно протянула я. – Очень даже понимаю…

Николас мягко улыбнулся и под нетерпеливым взглядом стражника исчез за занавеской. Я же растерянно подошла к мраморным перилам и устало облокотилась на них. Прохладный ветер, бросивший мне в лицо аромат яблонь королевского сада, немного прояснил мысли. Ладно, пусть с первым впечатлением о себе я накосячила, но еще не вечер! Успею что-нибудь придумать.

Со стороны бальной залы донесся взрыв женского смеха, и я напряглась. Пора возвращаться. Надеюсь, «подружки» успели отвлечься на что-то другое.

Я оттолкнулась от перил и пружинистым шагом подошла к занавеске. Высунув нос наружу, я вздохнула и решительно выскользнула в зал.

Глава 3

Короткая разведка боем показала, что за время моего отсутствия ничего не изменилось. Разве что музыканты стали играть с большим надрывом: то ли подустали, то ли хотели впечатлить зрителей.

Стоило мне оказаться рядом с танцевальной площадкой, как я сразу же угодила в теплые объятия маменьки.

– Вот ты где! – зашипела она, широко улыбаясь проходящим мимо знакомым. – Ты в своем уме? Все вот-вот начнется!

– Я хотела немного освежиться, – солгала я. – Мне очень жаль.

– Очень жаль будет, если ты проиграешь! – холодно отрезала маменька и, больно схватив меня за локоток, потянула в сторону.

Я поморщилась. Маменька имела отвратительную привычку постоянно упоминать стоимость платьев, а также домашних учителей и прочих плюшек, необходимых для воспитания настоящей леди. Уверена, где-то в шкафу хранится толстая амбарная книга, куда методично занесены все вынужденные траты. Видимо, подразумевалось, что они окупятся, только если я удачно выйду замуж. То есть Вероника, конечно.

– Я-то как надеюсь, – пробормотала я.

В этот момент музыка оборвалась. Гости расступились, пропуская вперед церемониймейстера. Тот, привлекая всеобщее внимание, словно шоумен, с чувством ударил тростью по паркету, а затем громко выкрикнул:

– Его Величество Николас II!

По толпе пронеслись восторженные женские охи. На середину зала широким уверенным шагом человека, привыкшего к всеобщему вниманию, вышел мой балконный собеседник.