Ведьма для наследников дракона

 – Признаюсь, я не собиралась становиться вашей гувернанткой, но… обстоятельства сложились определенным образом…

Хлоя и Томас посмотрели на меня со скукой палачей, собирающихся привести приговор в исполнение и позволивших заключенному сказать пару слов перед казнью.

Я оборвала фразу, не закончив ее, и натянула на себя маску строгого преподавателя. Кажется, я скопировала выражение лица у своего учителя математики, а я ведь ненавидела его в школе! Ирония судьбы, не иначе.

– Что ж, давайте начнем урок, – кашлянув, сказала я.

 – Сегодня я расскажу вам об изображении неодушевленных предметов. – Натюрморт… Он…

Я запнулась, понятия не имея, как продолжить. В памяти застыли гипсовые фрукты на деревянной парте – обрывки школьных воспоминаний.

– Леди Рейс? – позвал Томас.

И тут будто тумблер переключили. Слова полились легко, правда, почти не оседая в голове. Видимо, сработала память тела.

– Долгое время натюрморт сохранял связь с религиозной картиной, обрамляя цветочными гирляндами фигуры Бога.

В прежние времена он рассматривался как часть исторической композиции, но сейчас является самостоятельным жанром. Многие считают, что через него невозможно выразить глубокую мысль, но я придерживаюсь иного мнения…

Дети заскучали. Они сидели идеально прямо, но их веки явно потяжелели. Я прервала свой монолог и устало выдохнула. Пожалуй, хватит.

– Практика всегда интереснее теории. Давайте приступим?

– А что мы будем рисовать? – оживился Томас.

Я оглянулась. Взгляд остановился на корзине с фруктами.

– Яблоко, – решила я и попросила: – Подойдите к своим мольбертам.

Дети послушно выполнили мою просьбу и уверенно схватились за кисти.

Я водрузила яблоко на стопку книг и поставила в центр стола.

– Попробуйте передать глубину цвета, – вещала я, сама почти не понимая, о чем говорю.

На некоторое время повисла тишина, а затем Томас позвал меня.

– У меня не получается, – пожаловался он, и его сестрица фыркнула. Сама она о помощи просить явно не собиралась.

 – Вот здесь…

Я видела, что изображенный им предмет мало напоминал яблоко. Если только сильно кем-то пожеванное. Рука невольно потянулась к кисти. Я уже поднесла ее к мольберту, и тут включился запаниковавший мозг. Пальцы дрогнули, и из-под моей ладони вышла какая-то кривая линия.

Хлоя фыркнула уже громче. Я судорожно сжала кисть. Так, ладно, нужно собраться… Я смогу…

Мазок, еще мазок… Больше похоже на картину импрессионистов, чем на натюрморт.