Половина моей души

Продравшись сквозь густые заросли боярышника и собрав на подоле платья множество репьёв, став похожей на этакого ёжика-переростка, я добралась до Дерева Мертвецов – так местные называют огромную сосну, на которой, согласное легенде, во время войны с колдунами королевская гвардия повесила сразу пятнадцать человек, обвинённых в использовании магии или пособничестве чародеям. Говорят, озлобленные души казнённых заключили сделку с болотным дьяволом и теперь с помощью своих чар заманивают к нему людей: то кричат разными голосами, то зажигают огни как от костра, – а он за это позволяет им остаться на земле и избежать страшных мук в Преисподней.

Неупокоенных духов, как и болотного дьявола, я ни разу не встречала. Впрочем, возможно, они просто чувствовали во мне свою и поэтому обходили стороной. Главное, болото и особенно поляну с Деревом Мертвецов избегали люди, что гарантировало мне спокойствие и уединение.

Опустившись на пожухлую траву в корнях дерева, я прислонилась спиной к шершавому тёплому стволу и устало прикрыла глаза – три бессонных дня давали о себе знать, и я была совершенно без сил.

Хорошо хоть, отправляясь в путь, додумалась взять с собой полдюжины лепёшек и флягу с водой – этого вполне хватило, чтобы не умереть от голода и жажды.

Какое-то странное чувство – словно мурашки бегают под кожей, но не на спине, как это обычно бывает, а на груди и животе, – заставило меня открыть глаза. Вместо знакомых деревьев я увидела перед собой стены просторной комнаты, увешанные роскошными тёмными гобеленами, расшитыми разноцветными нитями, складывающимися в замысловатые узоры.

Что примечательно, закрывая глаза в лесу, я сидела, а открыв их в незнакомом помещении, уже стояла.

Я растерянно повернулась. Справа от меня стоял небольшой прямоугольный стол на изогнутых ножках, заставленный серебряными тарелками с остатками чьей-то трапезы. Чуть дальше, возле окна, занавешенного тяжёлыми парчовыми шторами насыщенного зелёного цвета, возвышался массивный шкаф с медными ручками в виде колец из переплетённых виноградных лоз.

Развернувшись в другую сторону, я обнаружила огромную кровать под балдахином, застеленную белоснежными простынями, комод и ширму из тёмного дерева.

Нахмурившись, я подошла к ширме и осторожно положила на неё ладонь, вернее, попыталась – моя рука прошла сквозь дерево, не встретив никакого сопротивления. Я вообще ничего не почувствовала, даже испуга не было, только бесконечная усталость и абсолютная пустота внутри.