Половина моей души

И даже сейчас, когда на хвосте висела злобная, и, очевидно, крайне кровожадная тварь, умная мысль осветить дорогу с помощью магии почему-то не посетила мою голову. Расплата за глупость пришла очень быстро. После очередного поворота я, не успев затормозить, сверзлась куда-то вниз, на прощание прорезав воздух отчаянным, истошным воплем. Пытаясь хоть как-то замедлить падение, я начала наугад кидать магическое лассо, надеясь хоть за что-то уцепиться. В какой-то момент конец лассо всё же за что-то зацепился, после чего мне на голову упало нечто большое и твёрдое, и мир погрузился во тьму.

Сколько времени я провела без сознания – неизвестно. Однако когда я открыла глаза, то обнаружила себя в небольшой пещере, освещённой тусклым голубоватым светом множества кристаллов, растущих на её стенах. Потерев ушибленную макушку, я запрокинула голову: пещера уходила на много километров вверх и её «потолка» не было видно.

«Повезло, что шею не сломала», – подумала я, примерно прикинув, что в высоту пещерка не меньше метров десяти, раз, падая сверху, я не увидела свет внизу.

Поднявшись на ноги, я огляделась по сторонам. Ни в одной легенде я не читала описания подобного помещения. Однако сам факт наличия в этой пещере магических кристаллов – а это могли быть только они, никакие другие камни не способны светиться сами по себе, – свидетельствовал о том, что я на верном пути, и Тысячелетний Источник должен быть где-то неподалёку.

Обойдя пещеру по кругу, я обнаружила небольшой лаз, проползя по которому, попала в другую пещеру – более просторную, со стенами, покрытыми магическими кристаллами, только на этот раз светящимися бледно-зелёным. Из этой пещеры вело сразу три хода, визуально практически ничем друг от друга не отличавшихся. Помявшись немного, я, решив положиться на волю судьбы, остановила свой выбор на центральном ходе, который оказался довольно просторным тоннелем со стенами и потолком, укреплёнными деревянными подпорками на манер шахт горняков.

Внимательно прислушиваясь к окружающим звукам, я уверенно шла вперёд. Пока всё было, вроде как, нормально, однако сердце всё равно заполошно билось в груди, а руки мелко подрагивали от нервного напряжения.

Спустя некоторое время тоннель вывел меня на широкую площадку, освещённую тусклым светом факела, закреплённого в подставке на стене.