Фамильная реликвия

Весь день я помогала бабушке по хозяйству: вымыла пол в избе, постирала бельё, покормила кур и даже внесла посильную помощь в приготовлении обеда. Однако к вечеру мой запас терпения и послушания окончательно истощился, и я отправилась навестить Николая. Вдруг ему помощь нужна? Да, перелома у него нет, но это не означает, что ему удаётся легко управляться пострадавшей рукой.

На полпути к бывшему ведьмину дому я ощутила несильный удар по затылку – мне в голову прилетел комок грязи. Резко развернувшись, я увидела трёх ребятишек: мальчика и двух девочек.

Пареньку было на вид лет десять. Невысокий, щуплый, в спортивных штанах и куртке не по размеру он напоминал ощипанного цыплёнка. Его спутницы были чуть младше – лет семи-восьми. Одна светловолосая, с остреньким мышиным носиком, другая покрупнее, щекастая, с близко посаженными карими глазами.

– Вы совсем оборзели? – сурово спросила я, заметив, что у пацана руки перепачканы в грязи, из чего я сделала закономерный вывод, что именно он решил поиграть со мной в «снежки».

– А нечего по нашей улице ходить! – задиристо крикнул паренёк. – Ведьмина внучка!

– Вот я тебе сейчас уши надеру!

Я двинулась в сторону детей, но те тут же с визгом бросились врассыпную – преследовать их я, естественно, не стала. Однако их слова серьёзно подпортили мне и без того нерадужное настроение.

– Что, правда глаза колет? – над забором показалась небритая физиономия Митрича.

– Какая правда? – я наградила его раздражённым взглядом. – Моя бабушка не ведьма. Она ветеринар на пенсии.

А все эти байки, что вы про неё рассказываете – несусветная чушь и клевета.

– Ты Анку не знаешь столько, сколько знаю я, – покачал головой мужчина. – Мне виднее, ведьма она или нет. Бабка твоя жинку мою погубила, а прежде мужа собственного в могилу свела. Все в деревне знают, что Анка – ведьма, – Митрич на мгновение замолчал, а затем с подозрением уставился на меня: – Может, и ты тоже ведьма? Вон глазюки какие злые. Да и с ачуткой ты на короткой ноге…

От его слов у меня по спине пробежал неприятный холодок, и я тяжело сглотнула ком, внезапно образовавшийся в горле.

– Я смотрю, вы очень хорошо разбираетесь в ведьмах, – проговорила я, старательно подавляя волну суеверного страха, по непонятной причине разлившуюся по телу. – Откуда такие познания? Может, вы и сами колдун?

Старик громко расхохотался жутким, каркающим смехом.

– Ах, если бы, – отсмеявшись, проговорил он, и в его глазах я заметила на мгновение промелькнувшую тоску.