Второй шанс

Я больше не думаю, что ребёнок в опасности. Не после того, как быстро и стремительно она вчера поспешила на его несчастный зов. Но, быть может, я хочу на него взглянуть. Подержать на руках. Позаботиться. Внести в воспитание свой вклад. Стоит ли говорить о том, в какое ужасное смятение я погружён? – Ты вообще не обязана мне готовить.

– Мне просто хотелось сделать для вас хоть что-то. Но это было ошибкой, и больше я её не повторю, – если принять во внимание явно не укрывшийся от неё тот факт, что я даже не притронулся к пище, потому как, мгновенно потеряв всякий аппетит, просто убрал всё в холодильник, то, конечно, с точки зрения Кензи ей кажется, что она перешла черту, но в действительности из нас двоих поступил несколько дурно и неправильно лишь я один.

И теперь нуждаюсь в прощении? Но в таких вещах и в том, чтобы просить о нём, я явно не силён. Я никогда ни перед кем не извинялся, даже когда на определённом этапе своей жизни чувствовал себя действительно обязанным это сделать, а вместо этого просто сбежал, и понятия не имею, как вообще к этому подступиться, и что при этом надо говорить, чтобы произвести впечатление искреннего и истинно раскаивающегося человека.

– Я так не думаю. Ты не совершила ничего плохого.

– Просто скажите, что вам надо.

– Клянусь, ничего. Только собрать кроватку. Так будет комфортнее и лучше вам обоим. Я могу войти? Это не займёт много времени, – я ожидаю, что она посторонится и пропустит меня, ведь это исключительно ради её блага и в интересах и Эйдена в том числе, но к чему я оказываюсь не готов, так это к односложному ответу и трём буквам.

– Нет, – это словно пощёчина, хотя она не только не поднимала руку, но и, кажется, опустила голову ещё ниже, чтобы совсем спрятать от меня свои глаза, но мой последующий напор делает с ней что-то такое, из-за чего Кензи храбро выступает чуть вперёд, одновременно сосредотачивая свой взор на моём лице.

– Что нет?

– Нет это нет. Оно означает то, что сверх необходимого мне ничего не нужно.

– Но это необходимая вещь.

– Для чего? Чтобы я молчала и не задавала неудобных вопросов? Хотите меня купить? Да, я бедна, но я не продаюсь.

– Кензи.

– Вы сказали, что мы начали не с того, но вы и продолжаете не так.

– Я просто хочу, чтобы Эйдену было комфортно и уютно.

– Да бросьте. Вы и на меня-то едва смотрите, а его вообще толком в глаза не видели. Вам совершенно всё равно.