Секс, пиво и грешники

Эти «водилы» и «контролеры», всю жизнь окружавшие Степаныча, только и могли, что говорить о рыбалке либо о пьющих супругах. С утра, приходя в автобусный парк на работу, он быстро проходил медкомиссию, мыл автобус, брал путевой, и старался поскорее отправиться в рейс. А там уже, он спокойно включал радиоприемник и отправлял свою силу мысли в путешествие по неизведанным мирам. Думал он о бренности жития, есть, али нет инопланетяне, был ли Иисус человеком или посланником с Марса, возможно ли силой мысли передвигать предметы и о многих других необъяснимых (для других смертных) материях.

В субботу 3 сентября пиво в парке Горького было разбавленное. Поняв это, Степаныч было хотел поругаться, но посмотрев на продавщицу, тучную женщину, с грозным и бессовестным взглядом, решил не связываться. С бокалом золотого напитка он долго блуждал по парку, выискивая свободную скамейку, а затем, удобно пристроившись, как и всегда по субботам погрузился в свои мысли.

Он долго думал об окружающих его людях. Недоумевал, почему столько тупых людей на белом свете и почему они все его окружают.

Мир наверняка был бы лучше, если бы все люди на свете были умными. Тогда бы уже наверняка земляне колонизировали Марс, а возможно и Венеру. Всю работу уже давно делали роботы, и лекарство для бессмертия продавалось бы в любой аптеке.

Находясь в параллельной Вселенной, он не заметил, как во Вселенной этой к нему на лавочку присела девушка. Она была весьма симпатичная, если не сказать красивая. Лёгкое хлопковое платьице, длинные золотистые волосы, на первый взгляд она создавала впечатление человека легкомысленного и безответственного.

Она смотрела несколько минут на витающего в облаках Степаныча, а затем вдруг произнесла:

– Дайте глоток пива, пожалуйста.

Степаныч, сразу и не понял, что обращаются к нему, поэтому посмотрел на неё вопросительным взглядом и уточнил:

– Что, простите?

– Глотком пива, угостите? – девушка улыбалась. Улыбка её, как пишут в сентиментальных романах про любовь: лучом ранней весны озаряла всё вокруг.

Улыбка была такая непосредственная и искренняя, прямо как у ребёнка. Молча, суровый философ протянул ей бокал с пивом. Она взяла его, пригубила и, ещё раз улыбнувшись, протянула ему руку:

– Фортуна. Так меня зовут. – сказала она.

– Фортуна? – Степаныч всё ещё пытался придти в себя, переместиться так сказать в окружающую реальность. Он посмотрел на неё и задумчиво продолжил: – Фортуна – это прямо как древнеримская богиня удачи.

– Так и есть.