Секс-Сэтл. Трахайся, чтобы выжить

Но суккуб низшего сословия плохо понимала речь. Она ползала на четвереньках по залу, иногда присаживаясь, как лягушка, иногда передвигаясь, как орангутанг, мяла рукой промежность, скулила, умоляюще глядя на валькирию. Она изнывала лишь от недостатка близости, но была довольно хрупка, как заметила Гейрс. Порой их знакомство напоминало ритуальную мессу, где нечисть несколько раз обползала воительницу по кругу, временами подтягиваясь по полу, словно тюлень, или переворачиваясь на спину, демонстрируя крупные половые губы, обильно увлажненные, поблескивающие, натертые смазкой.

– Да-да, я вижу, что с тобой мы победим, – иронично приподнимала брови Гейрс.

Миниатюрная суккубиха садилась на колени перед ней, пальцами одной руки оттопыривая нижнюю губу, роняя слюну изо рта на упругие мячики грудок, облизывая пальцы и томно взывая взглядом к Гейрскегюль. Пальцы второй руки находились на стыке ее половых губ, тревожа пипетку клитора, время от времени вползая в лоно и растирая смазку по бедрам и низу живота.

– Ты хоть как-нибудь говорить умеешь? – отшвырнула та создание, лягнув ступней в плечо.

Суккуб непонимающе уставилась снизу вверх.

– О, конечно, нет. Если будешь так себя вести, мы первые сдохнем! Нас затрахают до смерти, понимэ?

Нечисть усмехнулась, расслышав, по всей видимости, знакомое слово.

«Это молодая особь!» – подумала Гейрс.

Красные волосы длиной до плеч – обычно, чем опытней совратительница, тем они длиннее, потому что растут по дюйму за каждую эпоху. И еще… Если верить легендам…

– Посиди смирно, а ну! – скомандовала воительница, схватив похотливую девчонку и жестко развернув ее спиной, осмотрела холку.

Она почти свежая. Родственные особи помечают шею при спаривании, а у этой отметин совсем мало. Зато от прикосновения чужих рук нечисть извертелась ужом; обвив ляжками икроножную мышцу валькирии, принялась натирать свою липкую промежность. Она втиралась отчаянно, кружась на одном месте около сгиба ступни, а затем и вовсе прокатываясь раскрытыми гениталиями по берцовой кости, пока наконец клитор ее не достиг коленной чашечки женщины.