Истории про Сашу, Славу и Антона

Похоронное бюро приступило к официальной части. Саша произнесла надгробную речь.

– Дорогие девочки! И родные жука, если вы нас слышите. Нам очень жаль, что ваш жук погиб. Хотя, конечно, нам говорят, что вы вредные и вас нужно уничтожать, нам все равно жалко. Потому что мне кажется, что этот жук был хорошим человеком и не уничтожал растения или что там вы жуки делаете плохое, за что вас надо уничтожать. И еще он, наверное, был хорошим папой и мужем, и где-то плачут его детки и ждут его.

Насти захлюпали носами.

Это неожиданно вдохновило Сашу на целый ряд печальных подробностей. Выяснилось, что смерть настигла жука внезапно, в тот момент, когда он заботливо нёс своим маленьким деткам немного свежего корма. Чей-то безжалостный ботинок сломал маленькие хитиновые крылья и хрупкий позвоночник.

Девочки разрыдались. Саша крепилась из последних сил.

Было решено закончить похороны минутой молчания и дать обещание никогда не убивать жуков, бабочек, муравьев и всяких других насекомых, которых много и всех не упомнишь.

Потому что у каждого из них где-то есть дети и старенькие родители.

На этом процедура похорон завершилась. Вся компания, тихо шмыгая носами, побрела в сторону школы. Но оказалось, что странные действия девочек привлекли внимание четвероклассников.

Циничные негодяи, десяти лет от роду, давно забыли, что майские жуки тоже люди. И, выяснив в чем дело, по трогательной надписи на маленьком холмике, решили разорить могилу. Над последним пристанищем жука нависла нешуточная угроза.

Нужно было срочно что-то делать.

Помочь могли только высшие инстанции. Зарёванные девочки понеслись к Ирине Николаевне.

Пока Ирина Николаевна вникала в сбивчивые жалобы, малолетние вандалы разгромили жучиный склеп и разбежались кто куда.

Саша разозлилась. И, назло этим болванам, предложила провести процедуру перезахоронения.

– А что это такое? – спросила расстроенная Настя Вторая.

– Это когда первую могилу испортили нечаянно или такие дураки как эти, всё раскидали – последнее было сказано погромче и в нужную сторону (рядом стояла Ирина Николаевна и Саша ощущала себя небывало смелой и справедливой), – и тогда хоронят еще раз.

– Я снова в мусорку за спичечной коробкой не полезу, – испугалась Настя Первая, – и, вообще, там только один коробок был.

– Не надо, – успокоила её Саша. – Они же гроб не трогали.

И, действительно, бедный жук остался в своей коробочке, которую зачем-то вытащили из земли, разбросав цветы и стерев надпись.