Интеритум. Книга 2. Кукловод

Невозможно было объяснить, но он ненавидел стены, ограничивающие бескрайность пространства, и поэтому не задумываясь выбрал жизнь вечных дорог. А уж когда ему предложили работать ликвидатором на Земле, для него это было исключительным подарком, и это была совсем другая реальность. Элона его не понимала, она обижалась, плакала и умоляла, но он не мог переступить через себя, ведь даже здесь, живя в глуши и отшельничестве, он не сидел на месте, а исследовал все новые и новые территории. Он чувствовал, что Элона любит его всем сердцем, но ответить такими же сильными чувствами не мог.

Поставив противень с зайчатиной в самодельную духовку, Адриан вновь подошел к окну и стал искать на звездном небе ту самую яркую звезду, которая влекла к себе и давала силу мечтам. Ему нравилось думать, что вокруг этой звезды слоняется планета Земля, и сейчас, в данный момент, где-то у себя в комнате сидит Виктория и мечтает о встрече с ним.

Зная, что его никто не услышит, он во весь голос крикнул куда-то в пустоту:

– Я не хочу быть рабом несбыточной любви!

Потом пришла в голову мысль: «А может быть, любовь – это, наоборот, свобода? Свобода дышать воздухом влюбленных, определять свои действия согласно тому, что предложит любовь, свобода мечтать, страдать, а в конечном счете жить! И пусть существуют временные и пространственные границы, гарантирующие никчемность любых фантазий…»

И в унисон своим мыслям Адриан снова крикнул:

– Я буду жить, буду бороться, буду стремиться к невозможному… буду раздвигать границы дозволенного!

А потом подумал: «Хорошо, что девчонки приехали.

* * *

Скорость полета была несоразмерна со скоростью езды на Эргоне, и уже через несколько часов в ночном небе, в лучах утренней зари, девушки стали различать на горизонте шпили дворца Совета, протыкающие туман.

Когда крылоплан сделал посадку возле центрального входа дворца, на специально построенную для этих целей площадку, им навстречу вышел седовласый Гор. Возле его ног крутилось маленькое коротконогое существо, которое то забегало вперед, то вставало на задние ножки, внимательно разглядывая прилетевших, то пыталось залезть на руки Гора для лучшего обзора тех, кто спускался с птицы по лестнице.