Интеритум. Книга 2. Кукловод

– Скажи мне тогда, когда ты вновь появишься здесь? Я так долго тебя ждала, а ты опять уходишь?!

– Не знаю, Лара, но в этом есть рука судьбы, а судьба любит повторять события.

– Тогда объясни, после каких событий ты вновь появишься у меня?

– Я уже выбрал для нас с тобой время, но оно оказалось ложным. Но я тоже устал без тебя. Поэтому я решил, как только вытащу Адриана из этого места и отправлю на Фикту, тут же приду к тебе.

– Значит, когда он вырастет, он расскажет моим дочерям, что он видел меня и как я живу?

– Он ничего не будет помнить, он не будет помнить начало своей судьбы, он не будет помнить своих родителей, потому что, когда он вернется на Фикту в виде маленького мальчика, его родители давно умрут.

Поэтому он никому ничего не расскажет. А вот что с землянкой делать, я пока не знаю. Пусть остается с тобой, тем более я не в силах ее направить ни на Фикту, ни на Землю. – Потом как бы про себя добавил: – Не понимаю, что должно было произойти, чтобы девчонка с земной аурой зависла во времени и пространстве.

– Хорошо, мой милый друг, это твоя сущность – управлять энергиями. Но как же я? Когда я смогу вырваться из оков этого мирка? Пусть в другом воплощении, но я хочу обратно на Фикту!

– Лара, пойми меня! Я уже видел твою смерть однажды. Я не хочу видеть ее еще раз. Когда ты здесь, я спокоен.

– Но и ты пойми меня! Даже ради встреч с тобой я не могу находиться здесь вечно!

– Давай не сейчас. Мы еще вернемся с тобой к этому вопросу.

– Я надеялась, что с появлением этих молодых людей в моей судьбе что-то поменяется.

– Извини, пока нет.

Странный гость исчез, как и появился, а жильцы замкнутого пространства в безысходности продолжили чего-то ждать.

Изо дня в день закат покидает небеса, и не успеешь оглянуться, как новый рассвет светит в глаза, и так по кругу. И время, цикличность которого незыблема, как аксиома этого пространства. Так не задаться ли вопросом, а не один ли это из девяти адовых кругов? Сколько это будет продолжаться?

Виктория пыталась собрать все свои силы, чтобы не сойти с ума и ждать.

Но чего ждать? Кто за ней придет? Как надолго она здесь застряла? А может, навсегда?

В тюремной камере есть страх упущенных лет жизни, но сохраняется надежда побега или окончания срока заключения, а здесь, во временной петле, страха нет, но есть чувство ожидания мухи, увязнувшей в паутине, и надежда – появление паука, который положит этому конец.