К нам осень не придёт

Анна, казалось, пришла в себя; по крайней мере, она больше не заговаривалась, не звала покойную мать и не кидалась к окну. Елена же страшно трусила: что, если припадок повторится, а у неё не хватит сил или времени остановить больную?

Елена приказала, чтобы Марфа или Любка по очереди сидели у приоткрытой двери в комнату барышни и ни под каким видом не покидали поста. И только после того, как уставшая от истерики Анна уснула, сама она решилась спуститься вниз.

От папеньки скрыть происшествие не удалось. Рано утром он уехал сговориться о покупке нескольких лошадей перед отъездом в Стрельну, и когда воротился – прислуга вовсю обсуждала припадок, случившийся со старшей барышней.

Отец пришёл в ужас и резким тоном велел немедленно послать за доктором. Матушка не осмелилась возражать, хотя, как показалось Елене, выполнила приказание весьма неохотно.

Однако доктор Рихтер, много лет пользовавший всё семейство, был в недоумении. Он побеседовал с Анной, подробно расспросил домашних – и сознался, что не понимает причины припадка.

Головные боли и слабость, что преследовали Анет последние дни, доктор связывал с переутомлением да ещё женским недомоганием. Бред же, что по-научному звался alucinatio, был возможен при лихорадках, воспалении мозга, а то и умопомешательстве.

– Не хотите ли вы сказать, что моя дочь сошла с ума? – испуганно спросил Алексей Петрович.

– Нет, друг мой – покачал головой доктор. – Анна Алексеевна вовсе не помешана. Беседовала со мной весьма здраво и почти спокойно, а бред свой объяснила тем, что, мол, померещилось.

Думала о матушке покойной, да и приняла сестрицу за неё, оттого и напугалась.

– Да как это возможно? – выкрикнул отец. – Элен ведь на жену мою первую, покойницу, ничуть не похожа! И платье другое, и волосы светлые… Как могла Анет вот так, запросто, вместо сестры мать померещиться?

– Бывает, Алексей Петрович, – развёл руками доктор. – И не такое ведь мерещится иногда. Вот третьего дня навещал я госпожу Завадскую…

– Так что же, опасно или нет? – бесцеремонно перебил доктора Алексей Петрович.

 – Что с моей дочерью будет? Ей венчаться через месяц!

– Не нужно беспокоиться, Алексей Петрович, – прошелестел доктор. – Вот только проследить надобно, чтоб Анну Алексеевну не волновали да не тревожили пустяками.

Они с батюшкой ещё говорили об успокоительных каплях, режиме, воздухе – но Елена не слушала. Её мозг раскалённой иглой пронзили слова батюшки о венчании Анны через месяц.