Раб Петров

Она нагнулась и приласкала кота, который звонко замурлыкал в ответ.

Андрюс медленно приблизился к незнакомке, чувствуя какую-то неясную обиду и на неё, и на Тилуса.

– Нам пора идти домой, – сухо сказал он и подхватил котёнка на руки. – Простите, панна.

Девочка подняла глаза – в них играли отблески солнца, каким-то чудом вдруг пробившегося в лесную чащу. Вдруг выражение её лица изменилось: она заметила мёртвую волчицу под елью. Девочка подбежала к волчице, наклонилась к ней и огорчённо покачала головой.

– Это я, – сам не зная, для чего, сознался Андрюс. – Я убил. Я не хотел, панна, правда.

Губы у него задёргались. Отчего-то ему показалось, что красавица-незнакомка сейчас поднимет глаза и скажет сухо и резко: «Вон из моего леса». И ему никогда не позволят сюда вернуться.

Однако она произнесла совсем другое:

– Знаю, что не хотел. Не казнись, отрок – научишься. Ты не виноват.

Андрюс молча смотрел себе под ноги, затем перевёл взгляд на девочку: в руке у неё была свирель, вырезанная из ветви бузины.

– А… её волчата, что с ними будет? – задал он вопрос, не дававший ему покоя.

– Я заберу их к себе, – без колебаний ответила незнакомка. – Это моя вина: надо было торопиться, а я запоздала. Тебе который год?

– М-мне? – он так удивился, что не сразу сообразил, что ответить на такой простой вопрос. – Вот, сестра Ядвига недавно говорила, восьмой уже пошёл…

– Восьмой? А смотришься, будто… Впрочем, – прервала сама себя девочка, – это всё после.

Он кивнул, заворожённо глядя, как под её плавным жестом земля под мёртвой волчицей мягко проседала, проваливалась, осторожно и бережно принимая в свои недра тело хищницы… Вот уже и не видно волчицы – а на месте схрона потянулись к небу кустики черники, травинки, несколько цветков вереска… Незнакомка что-то шептала на непонятном языке, но Андрюсу показалось, что он где-то уже слышал похожее.

– Как ваше имя, панна? – робко спросил он, и только тут сообразил, что несколько мгновений назад она сама назвала его по имени, а ведь он не успел представиться.

– Гинтаре, – ответила девочка, не прерывая своего занятия.

«Как красиво!» – подумалось ему. Гинтаре – янтарь… И правда, «янтарь» для неё было самым подходящим именем.