Птицы молчат по весне

Чья-то твёрдая рука ухватила его за плечо, встряхнула.

Рядом стоял Денис. Смертельно бледный, он легонько постукивал зубами, а его цыганские глаза, казалось, метали молнии. На мгновение Левашёву показалось, что верный наперсник в этот миг готов его убить.

* * *

В крестьянской избе было дымно, чадно. Хозяин – тот самый мужичок, что привёл их сюда – велел всем домочадцам убираться и указал на небольшой закуток за печью. Там, на полатях, стиснув руки на коленях, сидела Люба и глядела в одну точку. Полная, румяная, брызжущая здоровьем горничная сейчас казалась собственной тенью.

– Это вы, барин, – едва слышно заговорила она. – Это вы… А барышня-то моя… А это вы…

Денис, едва не сбив Владимира с ног, кинулся к Любе, прижал её к себе – та даже не сопротивлялась, будто не заметила его. Денис что-то горячо шептал ей, затем поднял глаза на Левашёва – Владимир пожал плечами и вышел из избы. Хорошо, что Люба выжила, хотя она явно не в себе и вряд ли расскажет что-то про Анну.

– Двоих вчера спасли: девку эту вот, да ещё экономку, из нашенских, – поведал ему хозяин избы. – Там ещё старушка была, стряпуха, да она, сказывали, с вечера к родне в рыбачью слободу погостить собиралась. Вот, верно, до пожара и ушла. Подфартило ей: хоть жива осталась.

– И сейчас она у родни? Ничего не видала, как загорелось? – на всякий случай осведомился Левашёв.

– Да кто ж её нынче искать стал! Не до того теперь, – махнул рукой мужичок.

– А… Больше никого не успели вызволить? – деревянным голосом спросил Левашёв.

Собеседник сочувственно посмотрел на него, покачал головой.

– Где уж, барин! Весь верхний этаж пылал, какой там вызволять… Пристав как осматривать приехал, так ему, бедняге, самому дурно сделалось. Он там труп нашёл, навроде женский, да почернело всё, не разобрать… Вы, коль хотите знать, барин, лучше и не глядите, отправьте кого-нибудь – ну, хоть лакея вашего.

Глава 2

Похороны графини Левашёвой были пышными и многолюдными. Из светских знакомых семьи Левашёвых отсутствовал только князь Полоцкий: как говорили, он в очередной раз отбыл в одно из своих таинственных путешествий. Владимир позаботился о том, чтобы никто не смог сказать, что он не отдал подобающих почестей трагически погибшей во цвете лет супруге.