Обезглавленное древо. Книга вторая. Джори

О, в другой раз он обязательно поцелует Крис, он не будет таким глупым и нерешительным! Только бы встретиться и снова прочесть в ее глазах обещание счастья…

Внезапно на голову пролился поток воды, и Айк подпрыгнул от неожиданности.

Он стоял перед дверью собственного дома – не заметил, как вышел из леса и прошел по городу. С козырька над крыльцом текли ручьи, ветер швырял водяные струи то в одну сторону, то в другую, словно забавляясь.

Айк весь вымок, в сапогах хлюпала вода. Обычно очень чувствительный к неудобствам, сейчас он философски пожал плечами и толкнул дверь.

В доме было темно и тихо. Лишь теперь, очутившись в тепле, Айк ощутил, как замерз. Замерз, устал и страшно голоден. Пора подумать о насущных проблемах, одними мечтами сыт не будешь.

На кухне он поспешно стащил одежду и подбросил в плиту дров. Чуть тлевший огонь сразу вспыхнул, захрустел подачкой, как пес костью.

Обнаженный, Айк присел на корточки перед плитой. Он чувствовал себя настоящим индейцем, как прежде, во время детских игр.

На столе обнаружилась половина чуть подсохшего хлеба и ягодная вода в кувшине. Никогда еще пища не казалась Айку такой вкусной – то ли от голода, то ли потому, что все чувства обострились. Он ощущал каждую мелочь – шум дождя и удары ветра о стены дома, шипение воды, капавшей на плиту с развешенной одежды. Чувствовал, как на просыхающей коже встает один отдельно от другого каждый волосок, и как тело начинает оживать, согреваясь и насыщаясь.

Невероятно – он ел вот этот хлеб лишь сегодня утром! И так странно, что все по-прежнему, все предметы на своих местах, как будто ничего не случилось! Словно и не ударяла в Айка невидимая молния, разделившая жизнь на «до» и «после» встречи с Крис.

Внезапно он вскочил, пораженный неожиданной мыслью.

Надо написать ей, прямо сейчас! А завтра, на рассвете, отнести письмо в тайник и попросить Джори передать его сестре. Жаль, оно не сразу попадет к ней – когда еще Джори соберется в деревню.

Как был, обнаженный, Айк выскочил из кухни, бесшумно взлетел по лестнице на второй этаж. В мастерской темно, огонь в камине почти погас. Отец лег спать, а может, ушел к больному.

Айк зажег свечу, отнес к себе в комнату и, завернувшись в одеяло, подсел к столу. Достал чистый лист бумаги, очинил перо и замер.