Обезглавленное древо. Книга пятая. И жили они долго

Вообще Ройн переживал период расцвета и совсем не напоминал то жалкое прибрежное поселение, в которое Айк пришел впервые двадцать лет назад.

В зале, как всегда по утрам, было почти пусто и сильно пахло жареной ветчиной и луком.

– Айки! С возвращением!

Хозяин, пожилой, но еще подвижный, несмотря на небольшое брюшко, поспешил ему навстречу. Они обнялись. Айк на миг прикрыл глаза и вздохнул с глубоким облегчением. Это было почти похоже на возвращение домой.

Почти.

– Рад тебя видеть, Хорас. Гляжу, все толстеешь?

– Это от хорошей жизни! – Хорас Гендерсон самодовольно похлопал себя по животу.

Вид у него и правда был цветущий, только завязанные в хвост волосы, поредевшие и уже совершенно седые, выдавали преклонный возраст. – За меня не беспокойся, пока толстый сохнет, тощий сдохнет!

Айк невольно засмеялся, Хорас подхватил его под локоть и повел в глубину зала, крикнув мимоходом на кухню, чтобы принесли завтрак. Пара матросов у стойки уже уплетала яичницу с помидорами и ветчиной, закусывая огромными ломтями свежего хлеба.

У Айка потекли слюнки.

– Ну рассказывай! – Хорас расположился за столиком и жадно потер руки. Живые черные глаза горели любопытством, напоминая о прежнем нахальном и удалом пирате.

Айк с удовольствием и в красках расписал нападение на «Катриону» и блестящую победу его команды. Хорас с уважением взглянул на концы палок, торчавшие за его спиной.

– Всегда знал, паренек, что ты нечто особенное! – Он подмигнул Айку. – Молодчина, что тут скажешь! Когда-то тебя учили, а теперь уже учишь ты, и совсем неплохо, как оказалось!

Айк только вздохнул – он не любил вспоминать, как его учили драться с палками.

Пухленькая девушка с озорными ямочками на щеках принесла две тарелки с яичницей. Поставила их на стол, робко улыбнулась Айку и тут же убежала.

– Куда ж ты теперь? – с интересом спросил Хорас, принимаясь за свой завтрак.

Айк пожал плечами.

– В Илер. А может, и подальше заберусь. Интересно посмотреть, что там. Паруса сменю только…

Хорас поерзал, точно скамья прижигала ему мягкое место, и неохотно произнес:

– Смотри, поосторожнее там… пираты, знаешь ли, не единственная проблема.

– В смысле? – Айк откусил свежего хлеба и застонал от удовольствия. – Всемогущий, ну и вкуснота!

Хорас усмехнулся, но тут же посерьезнел.

– Слышал когда-нибудь о Барьере?

– Что-то такое, краем уха. Невидимый заслон, соприкоснувшись с которым якобы все живое гибнет, – Айк махнул рукой, – сказочки.