Обезглавленное древо. Книга пятая. И жили они долго

Помнил гигантский черный купол неба, перевернутую чашу, полную звезд, и как они с Джори лежали на песке и говорили – иногда всю ночь напролет… наконец-то им хватало времени наговориться вволю, больше никаких помех, все препятствия остались в прошлом.

Наверное, это и было счастьем? Не то, которое он знал прежде, когда только-только ушел из Вьена – то было свободой. Можно жить, как хочешь, делать, что хочешь и все решать самому. А это странное чувство наполненности, радости – потребности в радости, которая тут же удовлетворялась, чувство, что за какой угол жизни ни заверни, там цветущий сад – это все-таки было счастьем.

Время тогда ощущалось, как бескрайнее море, но сейчас, оглядываясь назад, Айку казалось, что все пролетело, как один миг. Краткий миг блаженства – и все снова разлетелось вдребезги, снова ему пришлось собирать осколки своей жизни и пытаться составить из них картину, при виде которой не хотелось сунуть голову в петлю.

После исчезновения Джори он не отправился на поиски – ведь Джори ясно дал понять, что не хочет этого.

Что он сделал не так? В чем провинился перед Джори, который почти никогда ни на что не обижался и легко прощал и более серьезные прегрешения?

«Прости меня и не ищи…»

Сидя в объятиях леса, Айк почувствовал, что мысли проясняются и шум волн больше не заглушает их. Море стало лекарством от тоски, хорошим лекарством.

Сейчас он впервые понял, зачем отправился в этот странный, практически безнадежный поход. Не для того, чтобы спасти Ройн или другие города. Не для того, чтобы помочь людям – не так уж много они значили в его жизни.

Он шел, потому что Джори поступил бы так же. Он всегда был голосом всего самого лучшего в Айке, голосом его совести, любви и бескорыстия. Айк не мог его ослушаться, даже сейчас, когда Джори, по сути, бросил его.

И было кое-что еще, конечно, было. В глубине души Айк надеялся, что Джори не ушел далеко, что он где-то здесь, в одном из ближайших городов. Нападение Таниэля, как ни дико звучит, сыграло на руку. Стало предлогом для того, чтобы вопреки запрету отправиться на поиски.

«Есть ли во мне хоть что-то, что не связано с Джори, что-то свое, настоящее? – печально подумал Айк и почувствовал, что его клонит в сон.