Сердце серебристого оленя

Но когда позади меня раздается ее голос – голос моего прошлого, моего дома, моей северной души – я не могу пошевелиться.

– Это Полли, – говорит руководительница «Наших черничных ночей». – Она уладит эту досадную неприятность.

– Добрый вечер! – здоровается Полли, и голос ее – чистый елей.

Еще мгновенье – и она поймет, кто перед ней, но до тех пор я продолжаю стоять на месте, разглядывая свою испачканную обувь. Мы будто снова в восьмом классе: стоим в кабинете директора, я молча смотрю на ковер, а она улаживает то, во что я ее втянул.

– Сейчас принесу вам новый коктейль, – обещает Полли парню, в которого я врезался.

– Малыш, это не обязательно, – в открытую флиртует он, – лучше оставайся с нами, отдохни.

– Знаете, я ведь себе не прощу, если вы уйдете, не допив свой коктейль. Скоро вернусь, никуда не уходите, – отвечает она, и меня поражает то, как изящно она выходит из сложившегося положения.

Я почти уверен, что сейчас она развернется и уйдет к барной стойке, предоставив мне тем самым шанс уйти незамеченным, но это же Полли, а она никогда не оправдывает чужих ожиданий.

– Лука, тебе что-то нужно?

Вздрогнув, я оборачиваюсь и вижу ее непроницаемое лицо, с которого напрочь исчезла улыбка. Видимо, она предназначена всем, кроме меня.

– Нет, – отзываюсь я, – все в порядке.

– Точно? – Она с сомнением оглядывает мою обувь, до основания залитую красным коктейлем. – Идем со мной.

– Куда? – уточняю я, машинально следуя за ней.

– Эй, Феликс! – окликает она одного из барменов.

– Лады, только верни потом, – разрешает тот.

– Спасибо! И приготовь для восьмого столика Кровавую Мэри. За счет заведения.

– Лады, – повторяет Феликс.

Полли заводит меня в дальнюю по коридору небольшую комнату, и неожиданно окружившая нас тишина вгоняет меня в ступор.

– Вот, возьми, – Полли протягивает мне похожие на мои лоферы, но только черного цвета, и белоснежные носки с перцами чили.

– Понятно, – киваю я, слегка смутившись, – спасибо.

– Пожалуйста.

– И давно ты знаешь, что я здесь?

– С самого начала вечеринки, – отвечает она равнодушно. – Это моя обязанность – следить за посетителями, чтобы ничего не пропустить.

– Не пропустить, – повторяю я за ней. – Не пропустить чего? Просьбы убрать столик? Или принести новый коктейль?

– Именно так.