Дар прощения

Сколько бы жизней не унесла прошлая трагедия, они никогда не откажутся от еще одной.

– Взгляните на экран, – следователь протягивает мне сотовый, – по-вашему, на каком этапе сейчас игра? Сколько у нас времени?

– Времени? – недоумеваю я, стараясь не смотреть на трансляцию. – Вы верите, что сможете их спасти?

– Если вы нам поможете, Аделина, – мягко вклинивается в разговор помощник следователя, который, судя по всему, мой ровесник.

Я опускаю взгляд на лежащий передо мной телефон: бетонные стены, скрытые за металлическими дверьми кабины, стоящий посреди помещения электрический стул.

– Почему оно такое…

– Знакомое? – подсказывает следователь. – Мы считаем, что этот подвал похож на прошлый.

– Точная копия. – Несмотря на мое плачевное состояние и помутнение рассудка во время игры, я умудрилась запомнить все до мельчайших подробностей.

– Уверены? Совсем никаких отличий?

– Никаких, – бескомпромиссно заявляю я.

– Трудно сказать: хорошо это или плохо, – говорит детектив.

– Разве полиция не должна была отслеживать движение этих товаров до того, как начнется очередная игра? – язвительно замечаю я.

– Напоминаем вам, что дело закрыли три года назад, – отвечает следователь в таком же язвительном тоне.

– Очень жаль, что никто не пытался найти и арестовать организаторов игры. Но теперь-то у вас нет выбора. Придется заняться поисками.

– Мы сделаем все возможное. Что скажете по поводу трансляции? – с откровенной надеждой в голосе уточняет детектив.

– Думаю, они еще живы. Но это только начало, – я провожу пальцем по черно-белым очертаниям электрического стула. – Уже скоро кто-то из них умрет.

2 глава

Помню, как испугалась в самом начале, когда нас только повели в подвал.

Мы спускались в сопровождении охранников, держащих нас на прицеле, хотя никто не сопротивлялся и даже не думал бежать.

Я видела подобные фильмы и никогда не понимала, почему люди не кидаются в драку, как они могут безропотно подчиняться и совершенно не бороться за себя и свою жизнь. Но в тот день я вела себя точно так же. Хотя нет, даже хуже: сцепив перед собой руки, я шаркала в подвал, словно отправлялась на добровольную бойню.