Солнечный удар в сердце

 – Во-первых, зачем говорить о том, чего не видишь на самом деле, а во-вторых, как ты сможешь потом представить себе то, чего на самом деле не было?

– Мариша, тебе никто не говорил, что ты слишком много думаешь? – вздохнул сыщик. – Пожалуй, тебе стоит меньше напрягаться.

– А как же опыт?

– Опыты рассчитаны на мыслящих людей. К женщинам это не относится.

– Это еще почему? – возмутилась она. – Ты хочешь сказать, что у женщин нет мозгов?!

– Мозги-то есть, – вздохнул Эрик, – но вот пользоваться ими вы не умеете.

Мариша хотела возмутиться, но не успела. Сыщик свернул на боковую дорогу и оказался перед огромными воротами. Он притормозил, достал телефон и набрал чей-то номер.

– Мы подъехали, – сказал он всего пару слов и положил телефон в карман.

Буквально через пару минут ворота открылись, и ужасно знакомый мужчина в кепке и больших темных очках замахал им руками. Эрик медленно въехал в ворота. Мужчина прямо на ходу запрыгнул в машину и уселся на заднее сиденье.

– Всем привет! – сказал он знакомым голосом и снял очки.

– Ага, – хмыкнул тот. – Представляешь, как повезло?

– Ты так и не научился шутить, Голубев! – надулась Мариша. – Опять проблемы в личной жизни?

– Почему опять? У меня все прекрасно!

– А что ты здесь делаешь?

– Так это мой район, если не помнишь.

– Повезло тебе с районом. Что ни кусок земли – то коттеджный поселок.

– По-моему, это ты шутить не научилась! Представляешь, какое везение – сначала побывать в шикарных домах, посмотреть, как живут нормальные люди, а потом вернуться в свою однокомнатную лачугу.

– Ладно, не плачь! Зато ты жив и здоров, в отличие от того дядьки, которого взорвали в собственном доме.

– И того, который лежит сейчас в своем кабинете с ножом в спине, – ожил Голубев.

– Послушай, Алексей, – вдруг спросила Мариша. – А тебя, случайно, не повысили в должности после дела Зотовых?

– Повысили, – опешил Голубев.

– Так, маленькая догадка…

– И все же? С Настей я не виделся, с Эриком тоже…

– Просто всех, с кем в последнее время работает Эрик, повышают в должности. За вклад в работу российской полиции.

– Ну, в общем, так и было, – кивнул следователь.

– Только тебя, бедный мой Эрик, никто не прославляет, – сочувственно сказала Мариша.

– Нужна ему эта слава! – хмыкнул Голубев.