Трин

Не стану сейчас рассуждать относительно сюжета – об этом я напишу через пару дней, когда смогу усмирить эмоции, льющиеся через край.

Искренне ваша,

Миа.

Миа согрела молоко в микроволновой печи и добавила в него ложку меда. Это всегда ее успокаивало. Она погасила свет на кухне, села на подоконник и стала смотреть в ночь, размышляя о том, как бы она поступила в ситуации, сквозь которую прошли герои романа.

– Я не верю, что ребенок, пусть и агрессивный, смог бы убить кошку, – говорила Миа по телефону на следующий день Еве.

– Ты решила мне спойлерить? Раз уж порекомендовала книгу, то дождись, пока я ее прочту. Может быть, тебя это так зацепило, потому что ты сама не так давно испытала подобное?

– Это ужасно, понимаешь? – Миа словно не слышала того, что ей пыталась донести Ева. – Нет, конечно, роман великолепный, а ситуация дикая. Хотя иногда жизнь, в отличие от книг, подбрасывает нам истории куда страшнее. Я бы хотела, чтобы все дети были счастливы, чтобы ни у кого не было подобных страданий и страхов.

– Где ты видела, чтобы ребенок так лег на кошку, что она не смогла выбраться и задохнулась? Или там была кошка-камикадзе?

– Я говорю о серьезных вещах.

– Малыш, это просто книга. Почему ты так близко приняла ее к сердцу?

– Потому что она что-то затронула в моей душе. Не знаю, но меня давно ничего так не впечатляло.

– Прочти что-то другое, отвлекись от этой темы. Я сейчас читаю, например, «О, дивный новый мир» Хаксли…

– Не хочу я Хаксли. У меня книжное похмелье.

– Тогда просто напиши отзыв, тем более, ты должна это сделать для издательства. По себе знаю: после отзыва книга немного отпускает.

– Я вчера ночью написала в свой блог первые эмоции, – Миа открыла на компьютере страницу с блогом. – Но где же отзыв? Я точно помню, что писала…

– Проверь черновики.

Миа ударила себя по лбу.

– Я забыла опубликовать. Все, что происходит ночью, должно и оставаться в ней. Нужно было просто лечь спать. Кстати, а ты дочитала свою книгу от издательства?

– Давно уже. Я на прошлой неделе еще отзыв написала, помнишь? Роман назывался «Угроза наслаждению». Не понимаю, как можно сочинять такую похабщину. Мне, в отличие от тебя, не повезло получить что-то стоящее.