Отбор для Кощея

Девочка столько экспрессии выдала, а ведь врет паршивка, по глазам вижу!

– Ничего тебе не будет, ежели дальше будешь держать язык за зубами. Никому не сказала как я выгляжу? – барабаня пальцами по деревянному столу, спросила я, внимательно вглядываясь в ее милое личико.

– Нет, госпожа ведьма, никому! – а вот теперь правда. Что ж, это хорошо.

– Вот и впредь молчи, да думай всегда наперед. Запомните, я – Ярослава, личная служанка господина. Так и только так!

Я как агент 007, каждому выдаю отдельную липовую биографию.

Незаконнорожденная дочь князя – есть, ведьма – есть. По нарастающей иду, однако. Что дальше будет?

– Очень вкусно, Марья! – доедая суп, сказала я. – Ты настоящая кудесница!

Похвала и лесть во все времена творили чудеса. И этот раз не стал исключением, – глаза у женщины довольно заблестели, во взгляде и позе появилась какая-то затаенная гордость.

– Я такой вкусный свекольник последний раз у бабушки ела. Как будто в детство вернулась. Спасибо, Марья! – подлила я еще медку.

Ну вот, потихоньку она стала оттаивать, – отложила свою скалку, улыбнулась одними уголками губ и протянула мне блюдо с пирожками.

– Угощайся, – сказала она, – свеженькие, с пылу с жару.

Пока я уплетала пирожки с капустой, Марья поставила на высокой табурет  круглую деревянную миску – лохань. Налила туда воды и обычной тряпкой стала мыть посуду. Мне сразу вспомнились деньки в деревне, где не было ни газа, ни канализации, а свет появлялся так редко, что про него вспоминали только когда платежки приходили.

И никаких чистящих средств, вроде "Фейри". Максимум – кусочек обычного хозяйственного мыла. Это Кощей такой бедный или жадный, что ни на что не раскошелился? Или в этом мире ничего похожего еще не придумали?

– Васька, тащи с кладовой корзину. На торговище пойду.

– А можно и я с тобой? – возбужденно вскочила я и подбежав к Марье, взяла ее за руки. – Пожалуйста! Я никогда там не бывала.

– Ик! – икнула от неожиданности она и широко округлившимися глазами посмотрела на меня.

 – Да как так?

– Бабка не позволяла, сама всегда ходила, – сочиняла я, – а мне очень хочется! Ну прошу, Марья, ну возьми с собой! Я только поглазеть – слово даю!

Уговорить повариху оказалось проще, чем упершегося ослом Лютика. И так, и сяк уговаривала. Говорила, что это для дела нужно – нет, и все тут.

– Если с тобой что-то случится – господин умрет! – шипел он, пока никто не слышал.

– Если я не буду знать местного быта и порядков – тоже, – парировала я.