Сторож брату своему

Безголовое тело, фонтанирующее из шеи красным, некоторое время держалось в седле – а потом завалилось набок. Мул мчался прочь, взбрыкивая и размахивая хвостом, безголовый труп застрял в стремени ногой и волочился сзади, мелко колотясь плечами о камни.

Юноши полыхнули зеленым, и на их месте возникли рогатые водяные драконы – молоденькие и очень злые.

– Заберите жизни чужаков, они дозволены! – трубно проревел мирза Масту-Хумар.

Селяне взорвались радостными криками и схватились за палки и камни.

– Коней, коней берегите! – задребезжал голос старосты. – На чем пахать будем, коней не пораньте!

Лошади под айярами бесились и свечили, наемники вылетали из седел. Удержавшихся стаскивали с коней и забивали палками. Кого-то в прыжке сбросил с седла двурогий чешуйчатый дракончик. И принялся с рычанием полосовать когтями, раскидывая в стороны обрывки кишок.

– Пропустите! Пропустите меня! – Пронзительный женский крик еле слышался в общем гвалте.

– Дайте подойти Сураё! – поддержали общие вопли.

– Держите его! – кричала Сураё. – Держи его крепко, муженек! И ты, Дакла, держи его с той стороны!

Высоко подняв в руке окровавленный острый камень, женщина протолкалась к растянутому на земле айяру. Улыбнулась в перекошенное, залитое кровью лицо мужчины – и пронзительно, радостно расхохоталась.

– Держите его крепко! – рявкнула она.

Сураё уселась на распяленного человека сверху – поддавая бедрами и постанывая, словно совокупляясь с лежащим.

– Что, хорошо тебе, орел? – взвизгнула Сураё. – Горячая я женщина, а?!

И с размаху ударила камнем в лицо мужчины:

– Н-на!

И принялась с силой молотить булыжником – морщась от усилий, сдувая с лица волосы и смахивая кровавые брызги:

– Н-на! Н-на!

…Через некоторое время на берегу реки не осталось ни одного живого ашшарита.

Старый дракон с удовлетворением оглядел разметанные по траве и песку останки, не очень походящие на человеческие.

Почтительно кланяясь, подошел староста:

– Что прикажете делать с телами, о наилучший господин?

Дракон сморгнул и перетек в облик старца:

– Заройте, как обычно, на старом кладбище. Сверху ничего не ставьте – эти глупцы не заслуживают посмертного имени.