Пока был жив покойник

Он быстро расставил блюда, принес еще бутылку коньяка и тихонько ускользнул на кухню.

– Не поверишь, – сказал он повару, оттирая со лба пот, – но когда приходят эти люди, я чувствую себя так, словно отработал три смены без перерыва.

– Серьезные люди, – согласился повар, – с такими лучше лишний раз не встречаться. А ты иди, иди, не стой здесь, твое место в зале. А то вдруг господам что-нибудь понадобится – потом проблем не оберешься.

– Иду, – обреченно сказал официант и направился на рабочее место.

Троица молча поглощала еду. Казалось, их больше ничего не волновало, кроме ужина. Иногда они обменивались впечатлениями по поводу последнего футбольного матча и погоды на следующую неделю, но о деле больше не заговаривали.

Минут через двадцать мужчины закончили поглощение пищи, бросили на стол несколько купюр и удалились каждый в свою сторону. Официант осторожно разгладил купюры, удовлетворенно вздохнул и принялся убирать со стола.

– Единственное, что мне нравится после таких посиделок, – сказал он повару, отнеся тарелки на кухню, – это чаевые.

– Много дали?

– Больше, чем обычно.

– С тобой каждый раз так. Сначала плачешь, что приходится работать с таким контингентом, а потом готов им руки целовать.

– Ну, руки целовать я, предположим, не буду, но чувство удовлетворения у меня присутствует.

Повар покачал головой.

– Не знаю, почему они тебя напрягают. Спокойные мужики. Никогда не буянят, голос не повышают. Что тебе не нравится?

– Глаза у них какие-то неприятные.

– А ты не смотри на них. Халдей должен глядеть в пол.

Официант пожал плечами.

– Все равно неприятно. Даже если не глядеть.

– На нашей работе, брат, чего только не насмотришься! И люди разные бывают, и ситуации… Умей обо всем забывать, словно и не было ничего.

– Легко тебе говорить, а если я потом еще несколько дней себя как мышь в клетке чувствую?

– Иди работай грузчиком или бутылки принимай, – пожал плечами повар, – там точно никто на тебя смотреть не будет, как здесь.

– Ну тебя! – надулся парень и пошел в зал.

Через несколько минут после того, как троица разъехалась, из дома напротив вышел человек. Это был высокий черноволосый мужчина в короткой замшевой куртке, синих джинсах и блестящих кожаных ботинках. Мужчина быстрым шагом прошел вдоль улицы и направился к машине, припаркованной около соседнего дома.