Дворецкий слишком много знал

– Послушай, а тебе ведь тоже пора обзаводиться потомством. Все-таки не девочка уже. С Эриком тебе, похоже, ничего не светит… – Девушка задумалась. – А давай найдем тебе кого-нибудь, а?

– Настена, не выдумывай! – поморщилась Мариша. – Ты же знаешь, «я другому отдана и буду век ему верна!».

– Ты ненормальная, поверь мне! – заявила Настя, втаскивая сумки в дом. – Может, твой Эрик никогда с тобой не будет! А ты все надеешься и надеешься…

– А что мне остается… – развела она руками. – Только надеждой и живу.

– Сколько времени уже прошло, как вы знакомы?

– Почти два года.

– Два года! И за это время вы виделись всего два раза!

– Ну и что! – отмахнулась Мариша. – Лучше два раза, но качественно, чем каждый день, но хреново. Ты вспомни Иру. Как ей жилось с ее Николашей?

– Ира не пример! – бросилась защищать сестру Настя. – Ты лучше на меня посмотри. Мы с Антоном живем уже несколько лет и абсолютно счастливы.

– Таких, как вы, – немного! А такие случаи, как у Ирины, встречаются на каждом шагу.

– Зато твой – просто пример для подражания! – И Настя фыркнула.

– Я не говорю, что у меня все отлично и безоблачно! – принялась оправдываться Мариша. – Но мне и так хорошо!

– Интересно, а твой папа еще не требует от тебя внуков?

– Нет, он у меня продвинутый! Считает, что люди должны жить в свое удовольствие!

– Тебе легче! – вздохнула Настя и толкнула дверь Маришиной комнаты. – Вот, я поселила тебя в тех же апартаментах, что и в прошлый раз.

– Отлично! Не придется привыкать к новому месту.

– Отгадай, кто будет твоим соседом?

– Даже не могу предположить!

– Тогда будет сюрприз! – улыбнулась подруга и похлопала ее по спине: – Располагайся, а я жду тебя на кухне.

Настя закрыла за собой дверь, и Мариша растянулась на кровати. Она снова в гостях у Насти, и словно не было этих восьми месяцев, которые встали между ней и Эриком. Эрик… Мариша закрыла глаза, и на нее, словно февральский снегопад, обрушились воспоминания.

Мариша могла по пальцам пересчитать те дни, когда они с Эриком были вместе. Их от силы наберется десятка полтора. Но за эти две недели он стал ей самым родным и самым желанным человеком на свете. Хотела бы она, чтобы и Эрик сказал ей то же самое. Но, скорее всего, она никогда этого не дождется. И дело не в самом Эрике – его она смогла бы убедить в своей любви. Дело в его работе. Он никогда ее не бросит, а совмещать работу и любовь вряд ли сможет.