Дворецкий слишком много знал

– Ну-ка иди кричать в коридор, – зашипела она, выталкивая сестру за дверь.

– Алло! – уже тише сказала Настя, оказавшись за дверью. – Да, звонила. Хотела узнать, как у вас дела.

В трубке раздались невнятные слова, в ответ на которые Настя лишь кивала. Сначала девушка только слушала, затем попыталась что-то сказать, но махнула рукой и дослушала до конца свою собеседницу. Последний раз кивнув, она сказала: «Хорошо» и положила трубку.

– Ну что? – в один голос спросили Ира и Мариша, высовываясь в коридор.

– Ничего хорошего! – мрачно сообщила Настя и уселась на ступеньку лестницы. – Артемьев был в доме во время взрыва.

– Ничего себе! – присвистнула Мариша. – Он был один?

– Наверное, других тел не нашли.

– А это точно Артемьев?

– А кто еще? Вообще-то он там жил. Гости к нему ходили нечасто. Если он и оставлял кого-то ночевать, то это были или Ольга, или Марго.

– Расскажи поподробнее, – попросила Мариша и уселась рядом.

– Да не знаю я подробностей! – отозвалась Настя. – Ритка мне ничего толком не сообщила.

– Это было бы неплохо, – задумчиво пробормотала Мариша, – а то даже оттолкнуться не от чего.

– Я тебе оттолкнусь! – показала ей кулак Настя. – Ты для чего приехала? Отдыхать! Значит, этим и будешь заниматься! А разбирательства оставь для полиции.

– Слушай, Настька, а ты Голубева видишь? – не обращая внимания на ее слова, спросила Мариша.

– Вижу иногда.

– И что он? Уже не обижается на Эрика?

– Кто его знает… Сначала он дулся и даже с нами не разговаривал.

– Эрик всегда меня учил: очень часто виновным оказывается не тот, у кого есть мотив и возможность, а совершенно другое лицо, которое находится в стороне от всего этого. Нужно просто уметь чувствовать и видеть! – с необычной для себя горячностью сказала Мариша.

– К сожалению, большинство из нас не стараются вникнуть в суть, – развела руками подруга. – Гораздо проще принять то, что лежит на поверхности.

– Вот именно что большинство! И из-за таких людей наше правосудие во многих случаях совершает ошибки.

– Но что же делать? Ведь таких людей, как Эрик, – единицы. Мало кто умеет видеть так, как он, ощущать так, как он…

– Это точно! – кивнула Мариша.