Тридцать четыре холостяка, или Дневники народной свахи

Я? Сватать Светозара?! Да ни за что! Себе оставлю! Ой… Что я говорю…

– Марья! – стал терять терпение мужик. – Выходи!

Из терема вышла статная блондинка с тяжелой косой через плечо и блеснула фиалковыми глазами. Ну, все. У меня просыпается комплекс неполноценности. По сравнению с этой красоткой, я серая мышь.

– Да батюшка? – а голос-то какой мелодичный. Фи.

– Матушке скажи, что к тебе богатырь свататься пришел, пущай стол накрывает! – противно пробасил толстяк.

– Уже бегу! – тут же просияла Марья и блеснула глазками в сторону Светика.

Я перевела взгляд на богатыря и нервно хмыкнула. Он был зол. Нет, не так. Он был в бешенстве. Я стала осторожно продвигаться в его сторону. Он же и терем разнести может.

– Светик, – я взяла богатыря под руку и стала осторожно поглаживать его другой рукой по плечу, – успокойся.

– Аленка, – рыкнул Светозар, – не лезь!

Вот значит как? Я его тут утешаю, а он на меня рычит! Ну все, богатырь, будешь сидеть у меня на жесткой диете: вода и хлеб называется.

– Мифодий! – из дома выплыла тучная женщина в красном сарафане, которое слишком сильно обтягивало ее не худенькую фигурку. – Что за весть радостная! Что за счастье… – она зацепилась взглядом за Светозара, и ее лицо пошло красными пятнами.

– Матушка! – из терема выскочила Марья. – Я на стол накрыла, пора гостей в дом… звать… – и эта застыла, смотря на светловолосого богатыря с недельной щетиной.

– Милые, – еле выдавил из себя староста, – давайте-ка в дом пройдем, а богатыри тут уж без нас…

– Стоять, – спокойно произнес Светик. – Я тебе уже говорил Мифодий, что на Марье твоей жениться не буду?

– Говорил, – заблеял мужичок.

– Тогда скажи мне, – он стал разминать кулаки, – о чем мы с тобой договаривались?

– Я не пытаюсь тебя женить на Марье, а ты обещал больше не трогать мой дом, – еле слышно произнес мужчина.

– И что же получается, староста? – богатырь размял шею до хруста. – Я свое слово сдержал, а ты свое – нет?

– Не губи! – староста плюхнулся коленями на землю.

– Светозар, – пискнул котик, – не ломай терем! Терем ни в чем не виноват!

– Что же мне, кошак, Мифодию все косточки пересчитать? – богатырь грозно посмотрел на Тимку.

Тот прижал ушки к макушке и поник.