Теремок. Разбойники с большой дороги

– Микула! – меня кто-то потряс за плечо.

Отмахнулся и как следует впечатал будителю кулак в лицо. Повернулся на бок и продолжил спать. Что там мой усталый мозг еще покажет…

– Микула, в деревню пора! Камни относить да девок портить.

Девок портить я люблю. Но всегда делал это по обоюдному согласию. Я все же не насильник какой. А что родители ихние за мной потом по всем тропинкам носятся и женить хотят, так… досадное недоразумение. Попробуй, объясни им, когда они в гневе, что все по согласию сторон было.

– Встаю я, – пробормотал и с трудом разлепил глаза. – Будто ты, Косой, сам время с пользой не потратил.

– Так я встал вовремя, – сказал Сой, потирая левую щеку. Вот, значится, куда я ему угодил.

– Завтра с рассветом в путь-дорогу собираться, так что времени на кутеж у нас немного, – подал голос стоящий позади товарища Фокс.

– Ну, у вас, может, и немного, – хмыкнул косоглазый, – а я могу и задержаться.

Я встал на ноги и отряхнул со штанин сено.

– Все? Готов? – нетерпеливо вопросил находящийся тут же Василий.

– Вроде готов, – я передернул плечами, и мы таки двинулись на выход с сеновала.

Зашли в терем, взяли самоцветы, которые недавно отковыривали от сундука, и двинулись дальше.

Только ступили за калитку, как за спиной раздался грозный голос Михаила:

– И куда намылились?

Куда-куда, а то сам не знает. Ответ пришлось держать мне, как второму по старшинству.

– В деревню зайдем, самоцветы отнесем, – крикнул я главарю.

– А чего ты один не пойдешь? – задал следующий вопрос Медведь.

– Так надежнее. Вдруг меня ограбит кто?

– Кто? – мой собеседник в удивлении приподнял одну бровь. – Сам себя что ли грабить будешь?

– Михаил, как будто ты не знаешь, зачем мы в деревню идем, – в моем голосе стало появляться раздражение.

– В том-то и дело, что знаю, – со вздохом произнес главарь. – Чтобы до рассвета ты, Волк и Лис в тереме были!

– Хорошо, мамочка, – притворно всхлипнув, проговорил Фокс и смахнул с лица несуществующие слезы.

– Позеры, – последнее, что сказал Медведь, перед тем, как скрылся в тереме.

Мы продолжили путь, растворяясь между широкими стволами деревьев. Каких-то минут тридцать-сорок, и выйдем в деревню Сколки. Там для начала оставим самоцветы на крыльце дома старого кузнеца, который один тянул семью, в которой было целых семеро детей.