Осторожно! Ведьма Мухоморкина выходит на охоту

 – Золотой… Да… Я вспомнила! – вдруг воскликнула она, обрадованная тем, что поняла, что хочет получить ее загадочная спасительница. – Я принесу вам его! Сегодня же!

– Поторопись, дорогая, – проскрежетала гадалка, снова опуская голову и скрывая за волосами ухмылку. – Я скоро уйду отсюда. Время тебе даю, до пробуждения северной звезды. Как только она загорится на ночном небе Буяна, я уйду отсюда. И тогда помощи от меня не жди.

– Я успею, – вскакивая на ноги, пообещала девушка. – Дайте мне с полчаса. Я управлюсь.

– Ступай, дитя, – пробормотала гадалка, указывая рукой на выход из шатра, который был сейчас прикрыт плотной пестрой тканью. – Я буду ждать тебя здесь. Успей.

Девушка, подхватив юбки, заторопилась выйти из шатра. Ей нужно было добыть из тайника отца кулон и отдать его гадалке. Если же северная звезда Буяна загорится раньше, она не успеет. И тогда все будет напрасно. Она навсегда останется одна. И умрет в одиночестве. Или в окружении дюжины, если не больше, разношерстных кошек.

Такие вот мысли крутились в голове девушки, пока она бежала до своего дома. Да и пока искала кулон, тоже не могла избавиться от столь мрачных для нее дум.

А тем временем гадалка все так же сидела за круглым столом, на мягких подушках, и постукивала тонкими пальцами по шару. Морщинки исчезли с ее лица, обнажая истинную красоту молодой женщины. Только глаза и волосы остались прежними, темными, притягивающими взгляд. Сколько мужских сердец Акулина разбила за свою недолгую жизнь? Она понятия не имела.

– И не стыдно тебе, Акульюшка, бедную девочку обманывать, – проворчали из-под стола.

Акулина опустила взгляд, приподняла скатерть и заглянула под стол. Оттуда на нее смотрели две пары глаз: одни – ярко-зеленые, вторые – такие же яркие, но голубые.

– Совесть моя спит с самого рождения, – спокойно проговорила гадалка, смотря на своих верных помощниц: двух белоснежных кошек. – А дело фамильяров – помогать и не упрекать.

– В первый раз слышим, – хором ответили кошки. И таки выбрались из-под стола и устроились по бокам от своей хозяйки.

Акулина опустила руки на мягкие спинки кошек и стала медленно их поглаживать. И сама успокоится, и этих совестливых успокоит. Гадалка не брала чужого. Лишь возвращала украденное. Никто не просил Феофила обворовывать честный народ. Наплел бедным жителям Никошкино черте что, они и поверили.