Не ходите, девки, замуж, не ходите за царя

– Как он надеется попасть на летучий корабль? – царевич не смог скрыть удивления.

– На Горыныче, – огорошил своего сына новостью Серомор. – А где жена твоя? – решил перевести тему разговора местный царь.

– Отдыхать сразу пошла, устала с дороги.

– И ты иди, отдохни, – махнул рукой Серомор. – Все равно, пока Гвидона нет, ничего сделать не сможем.

– Трубочист дал знать, что ему от тебя нужно? – решил все же задать еще один вопрос царевич.

– Сто золотых. И срок дал две недели.

– Зачем ему золото? Тем более не такая уж и большая сумма?

– Кто его знает, – пожал плечами царь.

Более Доброслов не стал мучить отца расспросами. Если сказал он – ждать Гвидона, что ж, придется ждать.

Спать легла поздно. Тело хотело отдохнуть, а попа – приключений. Но я усмирила любительницу неприятностей и решила воздержаться (пока что) от самостоятельного изучения летучего корабля.

Разбойники разошлись ближе к ночи. Пора бы уже ужин подавать, а они только рыбу есть перестали.

– Совсем себя не бережешь, Ярослава, – замурлыкал Тим и запрыгнул ко мне на кровать.

– Дай поспать, – буркнула и отвернулась к стене.

Комнатка была маленькой. Умещались здесь только лишь односпальная кровать да шкафчик. Ни тебе шикарных кресел, пуфов, столиков резных со стоящими на них в вазах живыми цветами.

– Ярославушка, – кот ткнулся носом мне в ухо.

– Брысь с подушки! – я подскочила на кровати и хлопнула Тима по пушистой попе. – Совсем обалдел?

– Я есть хочу, – рыжий отскочил к ногам и сладко потянулся.

– Утром поешь!

– Утром мы до Прекрасного далеко долетим. Там некогда есть будет.

– Почему это?

– Потому что все будут Конька-Горбунка высматривать.

– А чего его высматривать? – полюбопытствовала я.

– Так он же только на словах травоядный, – Тимофей нервно пошевелил усами, – а на деле очень даже мясоед.

Веселенькое дельце. Это что же получается… На нас может Конек-Горбунок напасть? Этот двугорбый то ли лось, то ли осел?

– Ну, дай покушать, хозяюшка, – снова заныл кошак. – А я за это тебя больше дергать не буду. До утра.

Как я могла удержаться? Меня же пообещали всю ночь не дергать.

Знала бы, что «до утра» в понимании кота, это начало рассвета.