Мистика ночи

Сдерживать бушующие внутри эмоции стало почти невозможно. Сначала узнать, как сложен мир и как сложны мы сами, а потом и окунуться с головой в мистическую атмосферу непознанного человечеством мира. Оборотни и вампиры из книг фэнтези вставали перед моим мысленным взором, то и дело пытаясь напасть, растерзать. Где-то высоко в небе парила летающая тарелка, на заднем плане открывался проход на тот свет. Ужасающее зрелище.

– Ольга, – не отрываясь от написания текста клятвы, проговорил Мартин. – Что с вами?

Поймала себя на том, что нервно постукиваю пальцами по столешнице и кусаю губы.

– Ничего, – тихо проговорила. – Наверное, с непривычки.

Мне не ответили. Все продолжали выводить какие-то закорючки на белоснежном листе. Язык изложения был мне незнаком. В конце появились число и две витиеватых надписи, по логике вещей означающие наши имена.

– Сначала я, – пробормотал себе под нос капитан и выудил из внутреннего кармана пиджака прозрачную ручку без чернил. – Смотри внимательно. Потом повторишь.

Я во все глаза уставилась на его руки. Тонкие длинные пальцы повернули чудо техники так, чтобы я смогла разглядеть в верхней части ручки еле видимые латинские буквы. От прикосновения владельца они почернели и сложились в круг. Который засветился бледно-голубым цветом и принялся выдвигаться из основного пластмассового корпуса. Мартин повернул образовавшееся колесико так, чтобы сверху оказалась буква «z». В то же мгновение на кончике стержня появилось маленькое отверстие.

Далее мужчина разложил ножик и уколол свой палец до крови. Поднес его к необычному писчему инструменту и… Вопреки всем известным мне законам физики алая жидкость начала заполнять прозрачную емкость.

Когда ручка наполнилась, Штрасс облизал ранку и передвинул колесико на «d». Отверстие закрылось, и мужчина приступил к выведению на бумаге собственного автографа под первой закорючкой. Потом он чуть отступил вправо и нарисовал знак бесконечности, заключенный в пятиконечную звезду.

– Теперь ты, – мужчина поставил ручку в положение «с», и вся оставшаяся кровь тут же исчезла.

Затем протянул это чудо мне и принялся обтирать белоснежным платком перочинный нож. Странное дело, на ткани не осталось никаких разводов. Это какая-то специальная пропитка или материал?

Взяла дрожащими пальцами диковинную ручку и поставила опцию забора крови. Потом настороженно взглянула на Мартина Штрасса.

– Дай руку, – видя мое состояние, приказал он.