Маленькое сердце бури

Он дёрнулся, слава богу, цепь позволяла достаточно далеко отползти от стены. Рана на груди ещё саднила, но крови Коля много потерял, даже в ушах шумело, поэтому уже ничего не текло. Однако его добрая натура не могла терпеть чьих-то страданий.

Вампир почувствовал запах крови и тихо, горестно застонал.

– Пей, ты голоден, – скорее приказал, чем разрешил или попросил проводник.

– Но это будет не честно…

– Мне всё равно. Вы без крови умираете, а человек без пищи может месяц прожить, так что не выпендривайся и кусай, – этими словами человек скорее себя подбадривал.

Вампир нагнулся к Коле и неуверенно вгрызся ему в грудину. Тот с холодком по хребту услышал стук капель по плитам и жадные глотки.

В ушах ещё сильнее зашумело, а голова потяжелела. Боли Коля почти не ощущал.

Альбинос оторвался от мужчины и хрипло выдохнул. Ровный голубой свет от вихря давал хоть немного рассмотреть его лицо, у него по скуле текла кровь, похожая на каплю чёрной краски.

– Спасибо, – Коля уловил в его голосе страдальческие слёзы, но он силой воли их сдержал.

– Они убьют тебя, – скорее утвердительно произнёс проводник, облизывая потрескавшиеся губы.

– Заклинание меня убьёт, – немного бодрее ответил альбинос и дотронулся связанными руками до живота. – Так что нет смысла меня спасать…

– Нет, Изецль придёт и снимет его! – уверенно произнёс Коля, с дрожью в сердце думая о том, как там Юля и Никита.

– Надейся, – разрешил упырь с имитированным вздохом (он же мёртвый, а они не дышат).

– Я уж постараюсь, – ответил пленник, и впервые ощутил неприятный приступ голодной тошноты.

И они пошли пешком.

Весело щебетали птицы, солнце стояло на белом небе высоко и заливало чёрный лес прозрачными лучами.

– А в реальном мире тут город… – задумчиво произнесла Юля, когда вурдалак, Никита и она осторожно спускались по тропинке с утёса.

Первые два часа, пока ребята продирались через колкие жёсткие ели и длинные ветки, никто не издал ни звука.

Позже компания села на привал под елью.

На девочку бесцветные тона оказывали удручающее впечатление. Она не высказывала это вслух, только спросила тихо:

– А почему тут всё такое серое?

Изецль в ответ громко, уничтожающе захохотал. Никита со вздохом закатил глаза.